Одиночный выстрел

Кадры, один другого четче, замелькали перед его глазами. Чужие лица, высокие здания, странные буквы и вспышки огня.

Прошлое возвращалось к Григу мучительно, сотрясая его тело и выдавливая холодный пот.

Отрывистые команды, женский смех, музыка, запахи…

«Милый, ты вернешься к ужину?»

Это прозвучало так отчетливо, что Григ невольно открыл глаза и обернулся, но рядом никого не оказалось, а прелат стоял у стены и внимательно за ним наблюдал.

Григ снова зажмурился и повел руками по шершавой броне, настраиваясь на поток воспоминаний.

«Этот канал надо выявить…» – произнес чей-то властный голос. Лица говорящего Григ не видел, только серый мундир с серебряными пуговицами и сцепленные в замок пальцы. На среднем пальце кольцо выпускника Норд-Гротвилла.

– Это генерал Шеттельвейс! Я узнал его! – воскликнул Григ, не открывая глаз.

«Вы должны понимать, майор, что при сложившейся ситуации…»

Пальцы генерала разомкнулись, побарабанили по пуговицам кителя и снова сложились в замок.

«Вторым номером возьмите своего приятеля, капитана Руммеля…»

– Руммель! Майк Руммель! – снова воскликнул Григ, открывая глаза и поворачиваясь к прелату.

– Если можно, говори по-ансольтски, а то я ничего не понимаю, – осторожно попросил прелат, видя, как Григ на его глазах превращается в другого человека.

– Да, извините, я забыл…

Майор Бекет обошел покореженный аппарат вокруг и взобрался на уцелевшую плоскость.

Поведенный от сильного жара фонарь истребителя не закрывался, после того как его открыли с помощью молотков и зубил. Странно, что им это вообще удалось.

Плоскость качнулась, и прелат оказался рядом с майором.

– Мы вырубали тебя почти два дня, а ты в это время истекал кровью… Думали, не успеем.

– Спасибо, что успели.

– Успели, но потом лекарям пришлось штопать твой череп, плечо и руку. Вон та железка, видишь? Она тебя едва не убила.

"– Вижу, – ответил майор, приметив кусок силовой конструкции перехватчика, влетевший внутрь кабины в момент удара.

Ухватившись за нижний край фонаря, Бекет потянул его вверх, тяжелая конструкция подалась и встала на стопор.

– Здесь все было в крови, но мои люди ее отмыли.

– Очень хорошо, – сказал майор, забираясь в разбитую кабину.

– Я могу принести сюда факел, – предложил прелат, ничуть не боясь уронить собственный престиж.