Одиночный выстрел

– Любишь сладкое?

– Любил. – Чикер вздохнул. – Теперь все в прошлом.

Забросив конфеты в рот, он принялся жевать их с таким сосредоточенным видом, как будто от этого сейчас зависело очень многое. Заметив это выражение на лице Чикера, Лоренц не сразу решился задать ему следующий вопрос:

– Как ты думаешь, можем мы продолжать работу если станем сопровождать конвои большей охраной?

– Да, сэр, можем. То, что случилось на лесной дороге, говорит о том, что охранение в той колонне было слабым. Если бы у них был еще один робот или танк, аборигены были бы рассеяны и уничтожены.

"«Да, умник, и тогда у этих варваров было бы сейчас два робота», – подумал Лоренц, делая из сказанного Чикером свои выводы.

– Еще конфеточек можно?

– Чего? – переспросил командир.

– Еще конфеточек не найдется? – повторил Чикер.

– Ах, да, конечно, возьми все…

– Спасибо, сэр, – искренне поблагодарил Чикер, убирая банку в карман. – А вообще нужно поднимать в воздух авиацию.

– Зачем, они и так целый день эти замки расстреливали?

– Я говорю о прикрытии, сэр. Снизу усилить танками, а сверху – «маскотами», получится надежно.

«Это я и без тебя знаю, дурак, сказал бы хоть что-нибудь новенькое…» – подумал Лоренц.

– Ну ладно, рад был пообщаться с тобой. Иди отдыхай.

– Если бы у нас были лыжи, сэр, я бы смог доставить вам самых свежих новостей…

– А твои ребята умеют передвигаться на лыжах?

– Хорхе умеет, а он мог бы научить остальных.

– Понятно. Ну, поскольку лыж у нас нет, отдыхай.

Чикер ушел, дверь за ним закрылась, и стало тихо. Лоренц снова погрузился в свои невеселые мысли, прикидывая, каких неприятностей ему следует ожидать за те две недели, которые необходимы для ремонта «Ленокса».

В коридоре послышались шаги, затем в дверь постучали.

– Кто там?

– Это я – Гуклот, сэр!

– Какой такой Гуклот? – спросил Лоренц, чтобы выиграть время.

– Ну как же? Я же капитан «Ленокса»!

«Разве? А я думал, ты генерал Сеньорра, народный герой Убундии…» – раздраженно подумал Лоренц.

– Входи, друг мой, сейчас я открою дверь.

Едва он нажал кнопку на статоре, электронный замок отпер дверь и Фредерик Гуклот ворвался на мостик с раскрасневшейся, как после сауны, физиономией.