Три `Д` для миллиардера. Свадебный салон

— Мы договорились, что я помогу тебе наладить отношения с детьми. Но не больше. Все изменилось, и мы сейчас не на берегу.

— Я знаю, — он подходит ближе и берет меня за руку, — прости, ты права. Обещаю, я ничего не позволю себе без твоего желания. Просто останься, посиди со мной.

Хочу отнять руку, извиниться и уйти, но вместо этого позволяю усадить себя на стул и даже соглашаюсь на чашку латте. Наверное, я безвольная тряпка, но мне совсем не хочется спать, а посидеть с Тагаевым на кухне это же не равно заниматься с ним сексом пока спят дети? Руку, правда, забираю.

— Я виделся с таксистом, который тебя привозил в тот день в наш дом, — говорит Артур, и у меня в легких внезапно заканчивается кислород.

— И что? — сиплю чтобы хоть что-то сказать.

— Он рассказывал, как вы ехали, как он тебя ждал, как ты потом вышла. И знаешь, что я понял? Оказывается, я помню тот день до мельчайших подробностей.

— Я тоже помню, — шепчу едва слышно.

— Я помню, как вышел на лестницу и увидел девушку в платье в цветочек.

— Я в нем проходила половину беременности, пока живот не начал расти, — говорю снова не к месту, но Артур выслушивает внимательно и делает очередную попытку взять меня за руку.

— Я месяц провалялся с пневмонией, как и ты, у меня еще были осложнения — отеки в ушных каналах. Я не разобрал, о чем эта девушка говорит с матерью, но голос… Я ведь узнал твой голос, Настя, точно узнал. Мне стоило просто тебя окликнуть, и все сложилось бы совсем по-другому.

— Так почему же не окликнул? — отвратительно сиплю, но ничего не могу поделать со своим голосом.

— Я считал, что ты это та, другая. Никитина. И мать сказала, что это она приходила. Я никому не говорил, что мы с тобой… — он замолкает, подбирая слова, но видимо не подбирается. — Мать сказала, что приходила Никитина требовать деньги и шантажировать. А когда мы с ней в первый раз виделись, она хрипела, оправдывалась ларингитом.

Мы оба молчим. Я физически ощущаю ту боль, которая исходит из его слов и повисает над нами. Но впускать ее в себя не хочу. Мне уже отболело, не хочу переживать это заново.

— Я тогда все время думал о тебе, Настя, когда в себя пришел. Искал тебя. И когда ты нашлась так обрадовался, всех выгнал, чтобы не мешали. А пришла она, эта… Если бы ты знала, как мне мерзко было. И я же понимал, что все другое.