Невеста для альфы, или Смертельный отбор

Но умирать не хотелось. Напротив, хотелось жить. Таять в объятиях любимого, вкушать его поцелуи. Он ведь может дать все, что ей необходимо для счастья. Только втемяшил себе, что не должен.

Джабира перевернулась на спину и посмотрела на висевшие на стене часы. Полпервого ночи. Надо же, она и не заметила, как проплакала часа три. Нет, дальше ждать у моря погоды бессмысленно! Она должна что-то сделать! И она даже знает, что именно.

Девушка вскочила с кровати. В купальне умылась из тазика.

"И она решительно направилась в коридор. Прошла мимо двух дверей. Остановилась возле третьей. Руки задрожали. Но она заставила себя нажать на ручку. Гостиная была темна и пуста. Джабира направилась прямиком в спальню. Открыла дверь, даже не постучав.

Здесь горел ночник. Лежа в постели, Илвирэль читал книгу. Инвалидное кресло стояло рядом.

— Доброй ночи! — с нежной улыбкой проговорила девушка.

Увидев ее, Илвирэль дернулся к креслу. Но Джабира как бы без всякого умысла сама моментально присела на него.

— Ночь темная, за окном вьюга воет, — заговорила она. — Воет, словно голодный зверь! У нас такого не бывает. Мне страшно, — конечно, она сейчас сильно сгущала краски. На родине самум, бывало, завывал и посильней.

— Успокойся, — эльф легко коснулся ее запястья. — В замке вьюга точно не причинит тебе вреда.

— Знаю, — Джабира накрыла его руку своей ладонью.

Осознав, куда она клонит, Илвирэль смутился. А послать-то ее не к кому при всем желании — кроме них в невестинском крыле ни души. Что же он изобретет? Предложит ей попроситься третьей на кровать к Владе с Рагрияром или к Аринэль с Агардэном?!

— Тогда ложись здесь, — он легонько хлопнул по кровати с другой стороны от себя.

— А я буду сторожить твой сон.

Джабира перехватила его взгляд, устремленный на кресло.

Однако не стала заставлять его повторять предложение. Встав, она как бы непреднамеренно оттолкнула кресло к самой двери — теперь с кровати до него было не дотянуться.

Обошла ложе и робко пристроилась рядом с эльфом. Илвирэль лежал словно каменный, даже головы к ней не повернул.

Ну что же с тобой делать-то?! Джабиру всю трясло от страха, стыда и отчаяния.