Невеста для альфы, или Смертельный отбор

— При самоудовлетворении. Если женщины рядом вообще не было.

— Понятно. Этот вариант нам не подходит, — грустно выдохнула я.

Однако вожделение продолжало жечь меня изнутри. И Грэя, судя по всему, тоже. Непоколебимость его желания я четко ощущала бедром. Мда, не следовало нам вовсе начинать — в такой-то дали от бронированной двери его спальни. Надо бы встать с его колен… Но я скорее соглашусь умереть, чем отойду от него хоть на шаг!

И тут мне вспомнилось письмо некоего графа, не помню, как его звали:

— Грэй, в письме ведь говорилось, что истинная любовь снимет проклятие.

Он покачал головой:

— Нисколько не сомневаюсь.

— Я тоже! Так, значит, нам ничего не грозит!

Не сказать, чтобы он сразу заразился моим энтузиазмом:

— Влада, нет никаких гарантий, что в письме речь идет о том же самом проклятии. Что любовь действительно панацея от него.

Но меня уже захлестнула уверенность в своей правоте. Захотелось немедленно убедиться в том, что проклятие будет снято.

Я спрыгнула с колен мужчины и потянула его за собой.

— Но ведь не попробовав, мы так ничего и не узнаем, — продолжала убеждать его я. — А если что, я убегу.

Грэй скептически оглядел дверь в мою комнату:

— Если бы я оборачивался котом, возможно, она бы меня и остановила, — но потом перевел взгляд в другой конец коридора, на металлическую входную дверь:

— Хотя вон та, по идее, должна выдержать.

Это прозвучало как сигнал к действию.

Метнувшись в комнату, я, на всякий случай, достала из шкафа халатик и бросила его на кресло. Ничуть не сомневалась, что не пригодится, но для Грэйнарова спокойствия пусть полежит здесь.

Когда повернулась, Грэй уже успел избавиться от рубашки. И откровенно раздевал меня глазами.

Я подошла, огладила ладонями все выпуклости сильных мышц, нисколько не мешая ему тем временем освобождать меня от одежды.

— Влада, если скажу «Беги!» — не медли ни секунды, — напомнил он. — Обещаешь?

— Обещаю-преобещаю! — процитировала я маленькую девушку из «Закрытой школы». — Не переживай.

И уже через мгновение каким-то образом оказалась на кровати. Вожделенная тяжесть мужского тела придавила меня к постели.

Приподнявшись на локтях, Грэй навис надо мной, пристально изучая мои черты, словно не мог наглядеться.