Останься со мной

У меня шевелятся волосы на затылке, потому что внезапно накатывает паранойя. Что это персонаж? Неприметный, серая куртка, волосы коротко стриженные русые, на переносице интеллигентные очки. Может, просто пришел пообедать, выпить кофе, а может… вдруг его Щеглов подослал? Вдруг этот тип послан по мою душу, и стоит мне только выйти на улицу, как накинет мне мешок на голову и затолкает в машину?

Он сидит в пол-оборота и даже не смотрит на меня, но я чувствую его. Как жертва чувствует притаившегося хищника.

Я вызываю такси, и прикидываю, как мне лучше уйти.

Сбежать в уборную? А вдруг следом пойдет и утопит меня в унитазе? А может заорать: помогите, маньяк?

Не плохой вариант, и я уже почти готова так поступить, но тут дверь распахивается, впуская нового гостя.

Это Барханов. Я зла на него из-за Эли, но чувствую ни с чем несравнимое облегчение, когда вижу его мрачную физиономию.

Глава 17.4

Глава 17.4

Взгляд у него, конечно, такой, что хочется стечь под стол и притвориться ветошью. Эх и прилетит мне сейчас…

Однако Барханов меня удивляет.

Прежде чем добраться до меня, он подходит к тому самому мужчине, который нагнал на меня жути и протягивает ему руку.

— Ээээ, — только и могу выдавить я, наблюдая за тем, как они обмениваются рукопожатиями.

— Здорово, Стеф. Как тут? — сквозь зубы спрашивает Демид, бросая на меня многообещающий взгляд, от которого я вытягиваюсь по струночке.

— Нормально все, — тот кивает в ответ, но уходить не спешит. Вместо этого снова возвращается к газете, будто там действительно есть что-то важное.

Барханов тем временем жестом показывает официантке, чтобы та принесла кофе, и после этого усаживается напротив меня.

— Как всегда, ни дня без приключений?

— Прости, — смиренно опускаю взгляд. Я действительно виновата, но чувство вины держится недолго. Наоборот, оно моментально отступает, когда до меня доходит очевидное, — ты подговорил человека, чтобы он следил за мной?!

— Мы не в детском саду, Лера. Не подговорил, а нанял, — сдержано поправил он, — для твоей безопасности.

Должен же хоть кто-то о ней думать, раз ты сама не считаешь это обязательным. Я же просил тебя сидеть дома и не высовываться. Со Щегловым еще ничего не ясно, а ты разгуливаешь, как ни в чем не бывало! Лер, ну сколько можно, а?

Что удивительно, он не орет на меня и не давит, а выглядит словно человек, который очень-очень устал. Если не сказать хуже.

— Так зачем ты вышла? Какая цель этого нелепого марш-броска?

Я упрямо поджимаю губы.