Не злите спецназ!

00 уничтожить указанные цели и выйти к группе! Огонь без дополнительной команды.

— Есть!

В 3.00 немецкий снайпер лейтенант Свен Аппель поднял бесшумную винтовку, подрегулировал оптический прицел и нажал на спусковой крючок. Девятимиллиметровая пуля «винтореза» вонзилась в череп часового. Тот дернулся и рухнул на дощатый пол «корзины» вышки. Седов оценил профессионализм снайпера — тот поразил цель так, что ее не отбросило к лестнице.

Аппель между тем по очереди расстрелял собак и тут же бросился на позиции штурма.

— Командир, задача выполнена!

— Молодец. Ловко ты часового успокоил…

— Повезло. Он стоял у столба, так что в любом случае на лестнице оказаться не мог; да и я подрезал его снизу вверх. При угловом попадании пули тело обычно падает там, где стояло до выстрела.

— Вот и говорю, молодец… Давыд, Бек, — отдал приказ Седов, — к забору перед вышкой; Ганс, Пегас — за мной марш!

Бойцы второй штурмовой группы подошли к забору.

— Глянь, Пегас, что там на территории, — шепнул заместителю Седов.

Коновалов при помощи Давыдюка осмотрел южную часть усадьбы, спрыгнул вниз и доложил:

— В усадьбе все тихо.

— Значит, мы обходим дом справа. Ганс работает по часовым на террасе. Ну, а мы с тобой, Пегас, отрабатываем цели в доме. Итак…

Седов поднял руку и резко опустил ее вниз. Это был сигнал для проникновения на территорию объекта.

Офицеры не без труда перемахнули через двухметровый забор и залегли в ближайших кустах.

Капитан Бекир Озбек и прапорщик Давыдюк пошли по левой стороне усадьбы к караулке, подгруппа Седова — по правой. Ликвидаторы остановились, не доходя до середины западной части террасы, в ожидании часовых. У правого, фронтального торца здания остановилась подгруппа Седова.

Командир отряда взглянул на Аппеля. Тот кивнул, поднял глушитель «винтореза», вышел на открытую часть двора и тут же опустил ствол, дважды выстрелив.

Аппель поднял руку и отошел к топчану, подав сигнал к ликвидации. Седов с Коноваловым вошли в террасу. Часовые лежали на топчане, казалось, обняв друг друга. На дощатый пол стекал ручеек черной крови.

Офицеры подошли к главной двери.