Не злите спецназ!

— Ну, ладно… Значит, иностранцы начнут прибывать завтра?

— Завтра. 1 мая, как положено, — отдых, со второго числа — формирование отряда, которое должно быть завершено 5 мая.

— Всего четыре дня на притирку?

— Суток, Валера, суток! И этого достаточно. К нам приедут не курсанты, которых надо учить, а высококлассные профессионалы, лучшие в своем деле. Тебе предстоит отработать согласованность действий. А на 6 мая, мой друг, мне уже предстоит получить задачу по первой операции отряда «Z».

— К чему такая спешка, товарищ генерал? — удивился Седов.

— А это не от нас зависит.

— До завтра я могу остаться в Москве?

— Нет. Мы вместе прямо сейчас отправимся в Колитвино. Трепанов соберет бойцов твоей группы и привезет их туда же. Вы должны как хозяева встречать гостей — осмотревшись, оценив базу. Ничего не имею против вечерней рыбалки, хотя сейчас на озере вы вряд ли что поймаете — не сезон. Но на лодках покатаетесь, номера обживете… А что, у тебя остаются дела в Москве?

— Теперь, товарищ генерал-полковник, уже нет.

— И правильно… — Белоногов поднял трубку внутреннего телефона: — Гена, Трепанов не появлялся?

— Никак нет!

— Свяжись с ним, пусть поторопится, он нужен мне!

— Есть, товарищ генерал.

— Позвольте узнать, что за специалисты наши иностранцы? — спросил Седов.

— А разве я не говорил это?

— Нет…"

"— Странно. Но ладно. Итак, белорусов у нас будет двое — спецы общего профиля, водители любой наземной техники, мастера спорта по автогонкам. Украинец и турок — ликвидаторы, немец — снайпер.

— Не нравятся мне условия работы отряда. То, что на помощь государства в случае провала надеяться не следует, понятно. А вот зомбирование, кодирование, всякого рода блокады… Думаю, это лишнее.

— Согласен. Но представь себе ситуацию пленения бойца отряда и его допроса с пристрастием и использованием спецпрепаратов.

— Но вы же знаете, Дмитрий Сергеевич, наших в плен не возьмут. Мои предпочтут подорвать себя, чем оказаться в плену.

— Всякое может случиться, Валера. Я тоже был против данного условия, но большинством голосов Совет его принял. А значит, теперь оно подлежит беспрекословному исполнению.

— Понятно…

В кабинет вошел полковник Трепанов:

— Разрешите, Дмитрий Сергеевич?.. Извините, в секретке задержался.