(Не) Замена

Пахло домом и праздником. Вот только не моим.

Кроме Олеси, в гостиной обнаружились Матвей, Полина. И Сашка, которая улыбнулась мне во все тридцать два зуба и спросила:

-Тебе салатика положить?

В какой-то момент мне захотелось развернуться и уехать в свою пустую московскую квартиру, но папа Влад подпихнул меня сзади в спину и рыкнул на ухо, чтобы не слышала его обожаемая Олеся:

-Иди!

Кажется, папа удружил не только мне, но и Матвею с Полиной. Судя по взглядам, которыми они обменялись. Раздались сухие приветствия.

Но внимательно оглядев лица Олеси и отца, я пришел к выводу, что это явно не случайность. И жена отца была в курсе, что я должен был приехать.

-А Еська где? - спросил я у нее."

"-Спит. Устала. Маленькая она еще, Артем. Тем более, у нее появилось новое развлечение -Анюта. Она от нее почти весь день не отходила.

Как я понял, речь шла о дочке Матвея и Полины. Украдкой оглядел чужую жену. Все также красива. Сожаление кольнуло в груди. Но я быстро от него избавился.

Отец забрал у меня верхнюю одежду. В руках у меня остались пакеты с подарками.

-Положи пока все под елку, - скомандовал отец, - Потом разберемся. Есть хочешь?

Что ж. Значит, этот Новый год будет такой. Не бежать же из собственного дома?!

-Буду. Оливье мне положи, - попросил я Сашку, раз уж она все равно грузила что-то в чистую тарелку, предназначенную мне, - Я руки помою. Сколько там до двенадцати?

-Полчаса, - бодро ответила Саша, одарив меня улыбкой.

Волосы были собраны на затылке в ""ракушку"", что делало ее взрослее. На ней красовалось короткое черное платье, жемчужные бусы и серьги. Каким-то непонятным образом, я очутился рядом и тут же ощутил тонкий аромат земляники, который исходил от ее волос. Платье было с коротким рукавом, оставляя голыми плечи и руки, заставляя вспомнить, какая нежная у нее кожа. Да и вообще, я слишком много вспомнил. Еще чуточку воспоминаний... И мне придется чем-то прикрывать стояк.

К собственному удивлению, я признался сам себе, что в сторону Полины уже и не смотрю.

Скрылся в ванной, костеря отца не самыми лестными эпитетами. Хоть бы предупредил.

Вымыв руки, в зеркале заметил, что в дверном проеме нарисовалась Александра. Прислонилась плечом к дверному косяку и, держа бокал с шампанским в тонкой руке, внимательно меня рассматривала.

Я развернулся.

-Скучал по мне? - голос тихий, а такое впечатление, что бьют в африканские барабаны.