Особые полномочия на любовь

У меня свет в тачке не горит, и меня не видно.

Его борзая рука тянется в направлении ее лица. В моей голове эта сцена мгновенно заканчивается тем, что он подхватывает ее ладонью за шею и притягивает ближе для поцелуя. И я вылетаю из тачки. Мне в ней резко становится тесно! Неожиданно сильно и больно меня колбасит от происходящего!

Но Диляра тоже вылетает из машины. Это все метрах в семи от меня, и пока она меня не видит. Мужик выходит тоже.

— Диляра, постой! — встает он у нее на дороге.

— Суров, я же тебе все сказала уже.

— Да в чем проблема? — раздраженно психует тот.

А я мгновенно считываю — бывший. И замечаю, что Диляра пьяна…

— Слушай… — пьяным жестом взбивает она волосы. — Мы же договаривались — без всяких обязательств и претензий. Твое же условие было!

— А я передумал!

— Так и я тоже! — смешок.

— Яра, почему?

— Иду дальше!

— По головам?

— Надо будет — и по головам пойду! — агрессивно.

Но я чувствую и что-то другое в ее тоне, что-то такое отчаянное, болезненное. И в эту секунду мне хочется вписаться за эту женщину, которая и сама может любому сломать нос. Но все равно хочется. Потому что в ее агрессивном тоне мелькает уязвимость…

— Ты же любила меня…

— В юности — да. Но… детские ожидания не оправдались. Ты уж извини.

— А что не так?

— Да нормально все… — морщится она. — Но мне другой понравился. Хочу я другого. Так понятнее?

— Как блядь сейчас говоришь!

— Да? Ну и пусть.

— Так и он скажет, Яр! — перехватывает ее за руку. — С твоими ебанутыми блядскими запросами!

— Не скажу, — решительно подхожу ближе. — Руку убрал.

— Ооо… Черт! — закусывает пухлую губу Диляра, пытаясь не улыбаться, но у нее не получается. Потому что пьяная — пиздец!

Ее кент оценивающе смотрит на меня.

Я, блять, по заднице тебе сейчас настучу! Какого черта ты села к нему в машину?

Надеюсь все это внятно читается в моем взгляде! Но улыбаться тоже хочется… На самом деле меня уже отпустило, я услышал достаточно, что погрело мое ЧСВ.

— Пойдем, — подхватываю ее за талию.