Наследница старой башни

А только вы бы, госпожа, подумали малость. Карету мы и в городе наймем, ежели чего.

-- Леста, к праздникам все постоялые дворы заняты будут. Цены поднимут. Ты же должна понимать. Представляешь, сколько за все платить придется?

Она только тяжело вздохнула и покачала головой, выказывая сожаление. А в письме я так и написала, как она советовала. Конверт прилила воском, запечатала маленьким перстеньком и отдала курьеру.

***

Запасы провианта у нас были солидные. Крестьяне вовремя расплатились с герцогским налогом, в свою пользу я ничего не требовала, потому никто зимой голода не опасался.

Осень уже заканчивалась, по утрам приходили первые заморозки. И я решила, что пора плотно заняться нашим бытом. В чем-то Леста была определенно права: раз уж в этом мире я вдовствующая баронесса, а малышка Элли – баронетта, то нужно постараться поддерживать статус.

Как минимум, есть отдельно от прислуги. Пусть в тарелках лежит одно и то же, но посуда должна быть красивой, еду должны подавать, домашняя одежда из простецких тканей тоже не годится.

Местный закон требовал от бастардов прохождение некоторого экзамена в пятнадцать лет. Если ребенок плохо воспитан, не знает грамоты, не умеет вести себя за столом, титула он лишится. Именно поэтому была установлена некая минимальная сумма содержания для бастардов. Но тут очень многое зависело от опекунов.

Учителя для малышки я нанять не смогу – денег не хватит, да и жить ему или ей будет негде.

"Все это я обсудила с Лестой. Вдумчиво распланировали, что именно и как нужно изменить, где поставить стол для занятий, как мы с Элли будем питаться, чем накрывать стол и прочее. Торопиться нам было особо некуда. Письменный стол для девочки заказали плотнику. Ели мы пока в одной из комнат у меня на третьем этаже: я собиралась сделать из неё что-то вроде маленькой столовой.

Элли была довольна, что сейчас у меня хватает времени отвечать на различные ее «почему» и «зачем», и я все больше привязывалась к девочке. Дети обладают чистой душой и притягивают одиноких людей. А я, как ни крути, была одинока. Мне не хватало книг и новостей, проще говоря, пищи для ума.