Наследница старой башни

Мы все делаем для себя самих.

-- А Нора и Леста? Они тоже будут это кушать? – она смотрела на меня с какой-то тревогой и озабоченно хмурила лоб.

-- Обязательно. Они тоже много работают.

-- А дома Нора отдельно кушала. Я ей иногда булочку оставляла: мне ее жалко было. А папа однажды увидел и ругался.

Глава 25

Это было первое упоминание Элли о моем покойном муже, и мне, пожалуй, стало даже любопытно. Сейчас, когда я понимала, что мы действительно выживаем, а не живем, мне казалось странным, что покойный барон совсем не позаботился о беременной жене.

Да и руки были заняты, а голова свободна, потому я начала аккуратно выспрашивать Элли.

Многие вещи она не знала, но о многих говорила со слов прислуги. И не только Норы, а и других горничных. При ней вели беседы, не слишком стесняясь: что может понимать ребенок?! А у ребенка было мало жизненного опыта, зато прекрасная память. Да, кое-что она не понимала, а просто запоминала и теперь охотно делилась сведениями.

Элли нравилось общаться. До переезда на нее обращала внимание только нянька, а этого девочке было мало. Играть же с детьми прислуги ей никогда не разрешали."

"Опираясь на полученные от Элли сведения, я аккуратно задавала вопросы то Лесте, то Норе и со временем кое-что узнала о покойном муже.

***

Жульф фон Розер вел совершенно обычную жизнь: занимался землями, присутствовал на крестьянских разбирательствах, верша правосудие. В своих владениях он был верховной властью.

И, разумеется, имел любовниц среди селянок, которых периодически менял. Впрочем, по местным меркам это было почти нормально, тем более, что потом он давал за надоевшей женщиной приличное приданое. Так что они выходили замуж и спокойно жили дальше. Более того, попасть к нему в любовницы было очень даже выгодно.

Он мог стать отцом кучи бастардов, если бы не одно «но»: одну из дам еще в самом начале своей удобной и веселой жизни он поймал на связи с другим. Она первая родила ребенка.

С тех пор все дети оставались в деревне. По отзывам крестьян, господин Розер был не из самых плохих хозяев. Да и к женщинам своим относился весьма прилично, так что соблазнить барона мечтали многие девицы.

Изменения в характере покойного барона начались еще до дня его свадьбы. После сватовства и подписания бумаг Жульф фон Розер успешно наградил и отпустил последнюю свою девицу и перестал наезжать в поисках новых «впечатлений».