Наследница старой башни

Я решила, что стоит привезти им из города какую-нибудь приятную мелочь.

Хозяйка возилась у плиты, наливая травяной отвар в кружку и подрезая хлеб. Я смотрела на девушку и поражалась: какие тридцать семь? Шутят они, что ли? Телья, как будто не она только что суетилась для дочери, ворчливо проговорила, обращаясь ко мне:

-- Тридцать семь годков ей надысь набежало. Не маленькая ить уже! Еще бы и родить успела, а она ить так и провыбирается!

-- Ой, мама! Не ворчи ты, заради всего святого! – добродушно отмахнулась дочь.

-- Ох ти мне! – всплеснула руками Телья. – Надобно тесто ставить!

-- Мам, какое тесто?! Пять дней еще есть.

-- Молчи! Много ты понимаешь! Гостинный хлеб ить отлежаться должон!

Понимая, что дочери и матери есть, о чем поговорить, я попросила показать, где мы спать будем. Комнатка крошечная, беленая и чистенька. Две кровати и две табуретки, больше мебели нет. Простыни свежие хозяйка постелила и дверь закрыла.

-- Леста, а сколько тебе лет?

Леста с удивлением глянула на меня, на секунду даже задумалась и сообщила:

-- Девяносто восемь, вроде бы, госпожа. Али девяносто семь?! – она развела руками и призналась: -- Не помню я точно.

___________________

* Курной или чёрной избой называется изба с топкой по-чёрному. Во время топки дым идет из устья печи прямо в помещение, а затем уж выходит или в деревянную трубу-дымницу в потолке, или в открытую дверь.

Считается, что в таких избах все было покрыто слоем сажи. Это не совсем так. Точнее, совсем не так. И рушники на стенах белые висели, и посуда на полочках стояла, и стены были чистые достаточно. Закопчёнными были только устье печи и два-три венца под самой крышей. Печь ставилась таким образом, чтобы дым, уже отдавший тепло избе, уходил четко в одном направлении, как раз в дымницу. КПД таких печей был максимально высок, до 95%. Был и еще один плюс в черной топке -- дым выполнял дезинфицирующую функцию, в курных избах никогда не заводились тараканы и клопы.

**Сёрбать – шумно прихлебывать. Можно чай, даже бульон или суп.

Глава 19

К городу мы подъехали ближе к вечеру третьего дня. Дорога между второй деревней, где мы ночевали, и городом была в отвратительном состоянии. Да и сама деревенька не выглядела опрятной. Земли какого-то обедневшего дворянина, который здесь и не появлялся. Следить за ними некому.