Наследница старой башни

Гости в это время скандировали:

-- До дна! До дна! До дна!

Наконец, оба кубка были поставлены на тот же поднос, и отец Инкис, повернувшись к гостям, провозгласил:

-- Пожелаем молодым сил и здоровья.

Еще несколько минут мы выслушивали прощальный галдеж гостей, а потом барон взял меня за руку и потянул к выходу.

Вставая с кресла, я заметила, что он уже совсем пьян: лицо бледное, с каплями пота, да и взгляд блуждающий и «стеклянный». Меня и саму слегка пошатывало: доза была непривычно велика.

Из трапезной мы выйти не успели: сделав несколько неуверенных шагов, барон начал все сильнее наваливаться на меня, и я, понимая, что он напился в хлам, старалась быстрее дотянуть его до выхода, чтобы не опозориться перед гостями.

До вожделенной двери оставалась буквально четыре-пять шагов, и лакей уже распахнул ее перед нами, но тут барон грузно рухнул на пол, чуть не утащив меня с собой. Тело его начало биться в конвульсиях...

Я растерянно смотрела, не понимая, что делать.

Потом сообразила: нужно крикнуть прислугу и вынести пьяницу из зала, но даже этого я не успела сделать. Гости, встревоженные заминкой, начали вставать со своих мест, а изо рта Варуша пошла пена, стекая с уголка губ тонким ручейком."

"Первым подбежал капитан баронской охраны, который встал на колени рядом с извивающимся телом и попытался приподнять его. Но барон был тяжел, да и тряска начинала стихать. Наконец он судорожно дернулся последний раз и замер. Капитан торопливо принялся расстегивать камзол и рывком разорвал рубаху на груди моего мужа.

Приник головой, будто прислушиваясь к чему-то…

Капитан встал, сделал шаг в сторону от лежащего на полу тела и оглушающе громко провозгласил:

-- Барон Варуш фон Розер мертв!

Тишина поглотила огромную трапезную, никто не мог понять, что и как нужно делать. Тишина была прервана только шумом падения: на полу между вскочившими и замершими гостями судорожно корчился отец Инкис.

Глава 46

Тюрьма под баронским замком оказалась огромной.

Теоретически я знала, что под замками всегда были подвалы и тюрьмы, а теперь вот довелось увидеть в реальности.

Темно, холодно, влажный липкий воздух, из-за которого тяжело дышится. Занятых камер слишком мало. Когда солдаты барона вели меня вниз по длинной лестнице, а потом по довольно широкому грязному коридору, сквозь решетки заменяющие двери, я увидела только четверых людей, молча сидящих в камерах без света.