( Не) Любимая жена (СИ)

Подъезжая к крыльцу, заметила два одинаковых дома, и между ними шли мостики. А между мостиками можно было пройти на общий задний двор. Необычное строение. Как объяснил Икер, в первом доме живут старосты, а во втором молодые. Мы пришли с небольшим опозданием. На заднем дворе был накрыт длинный П-образный стол на пятьдесят персон минимум. За центральным столом сидела пожилая женщина и семеро мужчин. Я так поняла: бабушка и дедушки Икера, за остальными столами многочисленные тёти, дяди, братья, сёстры. И все были хвостатые.

- Наконец-то, несносный мальчишка, мы тебя с утра ждём! – хорошо поставленным голосом отчитала нага бабуля и встала.

Обалдело уставилась на её вполне обычные человеческий ноги. Она с лёгкостью перешагнула через хвосты родственников и, дойдя до нас, обняла внука.

- Привет, бабуль! Ну, хватит меня смущать, я не один, – просил согнувшийся в три погибели Икер, но женщина лишь хлопала его по спине и ворчала что-то на змеином.

- Ну-с, кого ты привёл? – она, наконец, опустила внука и посмотрела на нас.

- Его очень трудно эксплуатировать, бабушка, – усмехнулся мужчина и тоже, как Икер, согнулся в три погибели, чтобы обнять женщину.

- А это кто? – наконец очередь дошла до меня.

- Это Лия, мой друг.

- Друг? В твоём возрасте о невесте думать надо! – проворчала она и обратилась уже ко мне – Добро пожаловать, Лия, зови меня просто бабушка и проходи к столу.

- Здравствуйте, и спасибо, – улыбнулась искренне, до этого нервно дрожала, ожидая услышать что-то типа: «Зачем калеку притащил?».

- Смотри, что мне Лия подарила! – похвастался Икер, останавливая бабушку, а Арно потянул меня к столу.

Мужчины тепло здоровались, женщины тоже, но всё равно косились на меня и шептались, явно обсуждая «друга» их родственника.

- Расслабься, Лия. Тебя никто не обидит, не посмеет, – тихо сказал Арно, садясь рядом со мной на предложенный стул.

- Просто не думала, что будет так много народу, – ответила я, чуть склонившись к нему.

- Это ещё не много. Познакомишься с моей роднёй – поймёшь, – хохотнул он и начал за мной ухаживать.

Икер же не замолкал, всем показал свой портрет, даже малышам, которые высыпали во двор, услышав его голос. Я смущалась и натужно улыбалась, желая Икеру подавиться собственным языком и уже заткнуться. Получила целых пять просьб от нагинь нарисовать их портрет.