Наследник для нелюбимого

Я вполне четко понимал, что просто так Лена не стала бы мне звонить, но если ее информация и впрямь могла меня заинтересовать, то вдвойне непонятно зачем она хотела мне помочь. Расстались мы не очень хорошо: я как всегда был прямолинеен и скуп на эмоции и слова.

— Привет, я попал в пробку, немного опоздал.

Лена подняла на меня глаза красивого изумрудного оттенка, а ее губы расплылись в улыбке.

— Хорошо выглядишь, — вместо приветствия произнесла она.

— Это должен говорить мужчина.

— Зная тебя и твою любовь к любезностям, быстрее я получу еще одно высшее образование и благодарность от президента, чем твое одобрение или комплимент.

Я присел напротив девушки и поглядел в ее лицо. Сейчас я уже и не вспомню из-за чего конкретно мы с ней расстались. У меня было много женщин. Но ни одну из них я не рассматривал в качестве матери своего будущего ребенка. А все потому что неотъемлемой частью моей жизни было наличие готового: Камилла росла вздорной, ревнивой девчонкой и подозрительно относилась ко всем моим женщинам.

— Что у тебя? — я кивнул на папку, которая лежала на столе. — Так понимаю, мы из-за этого встретились?

— Знаешь, Руслан, — задумчиво протянула Лена. — Если бы не ты и моя неразделенная любовь к тебе, то ничего бы я не добилась в своей жизни, и не была сейчас тем, кто я есть…

— А если без лирического отступления? — я приподнял бровь, и не смог удержаться от ухмылки.

— Ничего не меняется, — Лена закатила глаза и снова улыбнулась. — Хорошо все же, что твой вздорный характер достанется другой, — она подтолкнула ко мне бумаги. — Я кстати весь вечер думала над тем звонить тебе или нет…

— Заинтриговала по самое некуда. Неужели на тебя вышел Баринов и показал тебе свое завещание? — пошутил я.

— Лучше! — просияла она.

Я взял папку в руки и открыл ее. Пробежался глазами по всем страницам и на несколько минут потерял счет времени, вчитываясь в ровные строчки. После всего увиденного моя голова разболелась еще сильнее, а ненависть к Ливанову возросла в несколько раз.

— Сука! — выругался я и отшвырнул от себя документы.

Схватился двумя пальцами за переносицу и сидел так какое-то время, осмысливая масштабы наивысшей надо мной опасности.