Наследник для нелюбимого

Да, я испугалась идти к тебе Руслан, но моей вины нет…

— Я верю тебе, — перебил ее, смотря пристальным взглядом. — Успокойся. Мне жаль, что так все случилось.

Женю хотелось обнять, заверить, что такого кошмара в ее жизни больше не повторится.

— Игоря посадят? — мне показалось, что в ее голосе прозвучала надежда.

— Даже не сомневайся в этом. Иди, умывайся и спускайся вниз. Я не привык ужинать в одиночестве.

— Я не уверена, что в меня влезет хоть кусочек еды… — она смотрела на меня, не мигая.

— Хотя бы попробуй.

"Я поднялся на ноги и вышел из комнаты. Меня трясло от этого разговора. Да, ошибок и промахов было много с моей сторон, но общий ребенок стоил того, чтобы забыть на время обо всех недоразумениях и создать для Жени максимально комфортные условия. Все, что я мог сделать со своей стороны — это просто быть рядом.

Спустившись вниз, я сел на стул, достал телефон из кармана джинсов и набрал Косте.

— Сегодняшний вечер и завтрашний день у тебя выходные. Я буду работать два дня дома.

— Понял, — отозвался он, а я разъединил связь и положил телефон на стол, как раз в тот момент, когда Женя остановилась возле меня.

— Ты решил побыть эти дни дома? — удивилась она.

— Да, — тихо отозвался я.

Со всеми последними событиями, которые развернулись в моей жизни я и сам отвратительно себя чувствовал, мне стоило побыть несколько дней дома, рядом с Женей, чтобы успокоиться, и подумать, что делать дальше с Бариновым.

Женя перевела растерянный взгляд на стол, на котором судя по всему мы и зачали нашего ребенка, а затем опустила глаза на пол.

— Я куплю тебе новую рубашку и на ней будут такие же пуговички, если ты сожалеешь об этой потере, — я не смог сдержать ухмылки, а ее щеки вспыхнули румянцем.

Поднявшись из-за стола, я приблизился к Жене. Она напряглась, когда я обнял ее и склонил голову, провел губами по подбородку и поцеловал жадным поцелуем. Даже когда злился на нее и думал, что она с Ливановым заодно, не переставал хотеть ее ни на минуту.

— Руслан… — прошептала она, а ее ладони уперлись мне в грудь. Сладкий запах, который исходил от ее волос был похлеще афродизиака. — Нет… — выдохнула она. — Я пока не готова…

Женя дрожала, а глаза ее лихорадочно блестели. Она впивалась мне пальцами в футболку. Я об одном лишь жалел в эту минуту: что беременность наступила так рано.