На милость победителя

Она не помнила, как добрались до фабрики.

– Подожди, – пробурчал Демьяновский. – Сейчас я Мишке дозвонюсь и пойдем вместе. А то заклюют тебя злобные куры.

– Фабрика моя? – гневно уточнила Камилла.

– Твоя, – добродушно кивнул Ромка. – Только я твой защитник. Ты, солнышко, теперь в красную книгу занесена, и мне поручено тебя охранять и беречь.

– В какую еще красную книгу? – опешила Камилла.

– Ну как, – радостно заржал Дема. – В мой паспорт, милая! А поэтому каждый, кто осмелится косо на тебя посмотреть, будет иметь дело со мной.

– Как посчитаешь нужным, Рома, – прошептала Камилла. – Я тебе полностью доверяю.

– Я тебе тоже, – сипло заметил он. – Ты – мое сердце, девочка!

Глава 19

С придыханием в сердце, будто впервые, Камилла поднималась по знакомой лестнице. Рядом, как верный рыцарь, неспешно шел муж.

«Могла ли я представить, когда первый раз зашла в здание, что убегу отсюда под защитой старшего брата, а вернусь женой Ромы Демьяновского! Обалдеть, – хмыкнула она про себя.

Милка вспомнила, как в ЗАГСе пару часов назад заполняли заявление. Рома и слышать ничего не захотел о разных фамилиях.

– Еще чего! Ты – моя жена, – пробурчал недовольно. – И за каким лешим должна носить фамилию Хоука? Привыкай, девочка! Ты теперь Демьяновская, – важно  провозгласил он и лично вписал фамилии в нужные графы. В тот момент Камиллу повеселила его настойчивость. А сейчас она ощущала страх.

«Когда уже гипс снимут», – только и успела подумать, как распахнулась дверь отдела кадров и в коридор вышли Зоя и Настя.

– Явилась не запылилась, – скривившись заявила Анастасия. Да еще смерила злобным взглядом. А заметив подходившего Демьяновского, закричала грубо: – Ты что нам устроила, дрянь? Я и так тебя хотела за прогулы уволить! А теперь точно уйдешь по статье!

– Что значит хотела уволить? – спокойно поинтересовалась Милка, а про себя подумала, как же хорошо, что Ромка рядом и ничего не грозит.

«Крики блудливой коровы я переживу», – усмехнулась она про себя.

– То и значит! – завопила Настя. – Нашлась тут самая умная.

Милка покосилась на довольно улыбающуюся Зою, потом на помрачневшее лицо мужа. Предупредила взглядом: «Не вмешивайся, пожалуйста».