Мужские игры

Я могу быть вам чем-то полезен?

– Думаю, нет. Я подожду, пока он вернется.

– Если он позвонит, что ему передать?

– Ничего. Я его дождусь. До свидания.

Девица резко повернулась и пошла к выходу. Коротков пулей влетел в комнату, где оставил Настю беседовать с коллегами Баглюка в надежде выяснить, с кем он мог встречаться после ухода с Петровки в тот день, когда погиб.

– На минуточку, – пробормотал он, хватая Настю за руку и пробираясь вместе с ней к двери.

Снова оказавшись в коридоре, Юра потащил ее в самый дальний конец, где было поспокойнее.

– Ты знаешь, кто приходил к Баглюку?

– Я не видела, я же спиной к двери сидела.

– Твоя Лазарева.

– Кто?!

– Лазарева, баскетболистка.

– Ты уверен? Она назвала тебе свою фамилию?

– Под два метра ростом, и лицо в точности как на фотографии, которую вы с Мишкой мне показывали. Таких двойников не бывает.

– Не бывает, – согласилась Настя. – Что она хотела?

– Не сказала. Но она его не знает, во всяком случае, раньше не видела.

Она сначала меня приняла за Баглюка. Что делать будем, Ася? Может, пойти за ней? Далеко она не ушла, а у меня машина. Можно еще догнать.

– И что дальше?

– Посмотреть, куда она двинется, с кем будет встречаться."

"– Погоди, Юрик, не гони волну. Она тебя уже видела, так что долго ты за ней все равно не проходишь. И потом, мы знаем, кто она такая, где работает, где живет, так что никуда она от нас не денется. И подход к ней есть. Плохо, конечно, что мы поторопились и отпустили Мишу, но ничего, всего два дня прошло, как он с ней не встречался.

Вполне можно все восстановить. Вот Миша нам и узнает, зачем она искала Баглюка.

– Разумно, – кивнул Коротков. – Тогда пошли назад к народу, мы еще не всех опросили.

В редакции они провели несколько часов, но так и не смогли выяснить, с кем пил в тот вечер легкомысленный журналист. Баглюк был человеком компанейским и открытым, что называется, душа нараспашку, с удовольствием знакомил своих коллег с другими приятелями, и всех этих приятелей поименно и с номерами телефонов Насте и Короткову назвали.

Оставалась надежда, что после разговора с Барином Баглюк встречался и пил с кем-то из «нередакционных» знакомых. Поиск облегчался расчетом времени: между уходом с Петровки и аварией прошло не больше двух с половиной часов, за эти два с половиной часа да по скользкой дороге вряд ли можно было успеть уехать на другой конец Москвы и там напиться.