Мой настоящий мужчина

Даже не заметила, как на кухню вошел Егор.

– Мам!

Резко развернулась и, как была с испачканными в муке руками, так и обняла сына.

– Мам, прости меня! – прошептал Егор. – Я, правда, ему поверил, что ты в больнице! Прости!

– Ну, что ты?! Все хорошо! Все хорошо! – шептала ему, чтобы он успокоился, и целовала щечки, глаза, носик.

– Мам, ты на меня не сердишься?

– Не сержусь! Нисколько! – Я оторвалась от Егора и посмотрела в его глаза.

– А Влад? – спросил Егор.

– Влад спит. Не шуми, пожалуйста. Он и так почти всю ночь провел за рулем.

– Можно я тогда пока с тобой посижу? Жорику я уже корм насыпал.

– Конечно, можно!

– Ты пирожки делаешь?

– Да.

– А повидло зачем? – спросил Егор. Он не любил его. Пирожки с повидлом обожал Сергей. Их я пекла только два раза в год, и Егор это знал. Обычно я их кому-нибудь отдавала, или кормила птицам и бездомным собакам. – Сегодня опять этот день, да?

– Да, – вздохнув, тихо ответила сыну.

– Какой день? – На кухню вошел Ревский.

– Мы тебя разбудили? – спросила его, виновато поднимая глаза.

– Меня разбудил запах жареных пирожков, – признался Влад.

– Ой! – совсем забыла, что первая партия была уже на сковороде. Хорошо, что они не успели подгореть! – Спасибо!

– Так какой сегодня день? – переспросил Влад.

– Когда мама печет пирожки с повидлом, – ответил за меня Егор.

– М-м-м! Обожаю пирожки с повидлом! – признался Ревский.

– Правда?! – удивился Егор.

– Ага! А ты – нет?

– Нет, я люблю с картошкой! Или с яблоками! Я не люблю повидло!

–Почему? – спросил Ревский.

– Не знаю. Оно липкое! И сладкое! Потом пальцы липнут!

– И все?!

– Ага!

– Ничего ты не понимаешь! Я научу тебя, есть пирожки с повидлом! За уши потом не оттянешь! – пообещал Ревский!

Поставила на стол тарелку с пирожками.

– Осторожно! Они горячие! Садитесь.

– Мам, я не умывался! – воскликнул Егор и, соскочив с табурета, умчался в ванную, оставив нас одних.

– Я не сказала вчера «спасибо». Прости, – сказала Владу.

– Не нужно. – Ревский подошел и стер пальцем у меня что-то на щеке.

– Мука?

– Мука.

– Ты будешь чай или кофе? – спросила Ревского, глядя ему в глаза. Он стоял, словно чего-то ожидая.

– Все равно. То же, что и ты. Так почему именно сегодня пирожки с повидлом?

Я отвернулась, сделала вид, что смотрю, чтобы следующая партия не подгорела.

После того, что Влад для меня сделал, лгать ему не хотелось. Может, и пора кому-нибудь все рассказать?

– Пирожки и булочки с повидлом любил Сергей. Это отец Егора.