Мой настоящий мужчина

Иван, уткнувшись в свои экраны, даже не заметил моего появления! А вокруг стояло столько пустых стаканов из-под кофе, что я потеряла дар речи от возмущения! Получается, что Ваня всю ночь просидел за компьютером, употребив почти месячную норму кофе!

– Ваня! Ты с ума сошел?! Пить столько кофе! – воскликнула, подходя ближе к его столу. Но Иван лишь тряхнул головой и погрозил указательным пальцем, чтобы его не отвлекали!

В кабинете было ужасно душно! Открыла окно. Собрала пустые стаканы.

– Больше никакого кофе! Будешь пить воду! – строго сказала Кудряшову, но он не обратил на меня внимания!

– Вера! – раздался сонный голос Ревского.

Он сел, пытаясь проснуться. Взъерошенный вид моего начальника мало соответствовал его строгому и суровому имиджу. Он потянул спину и скривился. – Ужасно неудобный диван! Сегодня же его поменяю! Верочка, раз ты уже здесь, можно нам кофе? – На меня смотрели взглядом умирающего.

– Нет! Никакого кофе ни один, ни второй не получит!

– Какая жестокая женщина! – обиженно произнес Ревский. – Ваня, ты что так и просидел всю ночь?! И что выходит?

– Что-то выходит, – пробормотал Кудряшов.

– Так, ладно. Я пока приведу себя в божеский вид. Как что-то появится, сразу же сообщи! – Иван кивнул, даже не посмотрев в его сторону. Ревский посмотрел на меня. – Ну, Вера! – и вышел из кабинета.

Мне понадобилось время, чтобы осознать, что только что здесь был Ревский.

Ивану принесла бутылку с водой. Пришлось спуститься и заказать ему завтрак, потому что была точно уверена, что он сам про него не вспомнит. Иначе он не то, что ноги протянет, но и соображать перестанет!

Примерно через час в кабинет вошел Владислав Сергеевич. Бодрый, свежий, побритый. Вот где он успел переодеться? Выкинув ненужные мысли, собрала документы и уже собиралась идти во второй корпус, как меня остановил строгий голос начальника, только что вышедшего от Кудряшова.

– Вера!

Я обернулась. И по выражению лица, не могла понять, что уже успело его раздраконить? Ведь только что пришел?!

Стояла и ждала разъяснений!

Ревский добрую минуту буравил меня своим взглядом.

– Ты, ни разу не приносила мне завтрак! – Прозвучало, как обида.

– Что, простите? – Мне показалось, что я ослышалась.