Мемуары голодной попаданки

– Такие как я, люди, – принялась отчаянно жестикулировать, стараясь описать мужчину и детей, – не похожие на растения…, ну, в смысле на лес…, на тебя, на вас всех.

Закивали дружненько в ответ.

– Показать можно в какой они стороне?

Синхронный поворот влево.

– Хорошо, попробуем пойти туда, – под дружные кивки листочков, травинок и соцветий я двинулась в указанном направлении.

Проводники мне достались внимательные – не позволяли ни в репейник забрести, ни в яму упасть – своевременно из земли появлялись корешки и хватали меня за подол, падали массивные ветви, преграждая дорогу, или в плечо тыкались сучки, веля сойти с неверного пути.

Каждый раз обойдя очередное препятствие я благодарила лес и крошила бисквит.

– Вернусь домой, – топая, обещала я своему невидимому собеседнику, – напеку тебе целую гору вкусняшек, попробуешь и выберешь, что тебе более нравится.

Словно облизывающиеся язычки, тычинки выглядывали на миг из цветочных чашечек и тут же исчезали.

Наконец в просветах зарослей показалась поляна.

Из-за деревьев и кустарников я увидела человеческую фигуру, неподвижно стоящую ко мне спиной, но вот кто это, разглядеть никак не удавалось, пока не вышла на лужайку, покрытую мелкими сиреневыми цветочками.

Передо мной предстала удивительной красоты статуя. Правильные черты женского лица из белоснежного мрамора обрамляли волны травянистых волос, платье из живых васильков приоткрывало лишь пальчики каменных ног и сжатые в молитве ладошки, все остальное пряча от нескромного взгляда и одновременно подчеркивая прелесть искусно созданного тела.

Заходящее солнце бросало румянец на бледные щеки, а карминовый бутон неизвестного мне цветка окрашивал губы.

– Она прекрасна! – выдохнула я, и растения согласно закивали."

"Я не спеша обошла удивительную скульптуру, пристально рассматривая. То, что лес к ней неравнодушен, было видно по тому, как он убрал деву своей растительностью, делая более изысканной, притягательной, даже живой. Но вот откуда она здесь взялась?

Увы, на вопрос было некому ответить.

Вдоволь насладившись красотой статуи, я огляделась.

– Надо думать это и есть те самые люди, к которым я просила вывести? – процедила, осматривая довольную флору, которая жалась ко мне в надежде на очередной кусочек вкусности. – А что на счет других?

И снова растерянность в рядах моих зеленых друзей. Вздохнув, отдала остатки бисквита, а потом, рухнув на землю, зарыдала в голос. Обида, разочарование, страх за дорогих мне людей накрыли с головой.