Магические близнецы в наследство

Просто мы с вашей тетей играем некий спектакль для одной очень злобной герцогини. Вот и все.

После ухода посыльного дети утащили меня в дом, заставляя встать рядом с настороженной Патрисией, после чего последовали вопросы, на которые я не хотел отвечать. Но опекунша решила все разболтать, делая из нашей с ней тайны уже не тайну, потому что, как известно, дети не умеют хранить секреты. Ну, это лично мое мнение.

– Значит, просто игра? – вскинул брови Энкель, после чего Патрисия закивала, словно болванчик. – Ни свадьбы, ни поцелуев…

– Упаси боже! – фыркнула опекунша.

– А чего во мне не так-то?! – возмутился я, только потом понимая, что ляпнул. – То есть… я хотел сказать, – кашлянул нервно, – что да, ничего подобного. Да и ваша тетя мне вообще не нравится! А для поцелуя должны быть чувства! – важно кивнул, стойко выдерживая пристальные взгляды детей и чуть прищуренный Патрисии.

– Только об этом никто не должен знать, иначе графа ждет незавидная участь, – блондинка присела, вновь осторожно протягивая руку к Энкелю, который смотрел на нее не отрываясь.

«Сильный маг, – промелькнула мысль в голове, когда я увидел огненные искорки в его глазах. – Позаниматься бы с ним, ведь тетка точно ему не сможет помочь в этом, она не стихийница, пусть и сильна магически.

– Что ж, раз проверяющий в беде, то помочь надо, – важно кивнул ребенок, – а мы с Самирой никому не скажем… но если вы обидите тетю… – стрельнул он в меня взглядом, а у Патрисии в этот момент растеклась счастливая улыбка на лице.

– Ее обидишь, – буркнул я. – Такой сильный дар телекенеза…

– И это только плюс, – согласился мальчик, – сможет постоять за себя… если что…

Впервые в жизни ощущал себя допрашиваемым.

Поспешив покинуть дом, принялся дальше поднимать забор, поддерживая его своей стихией и сразу закреплять, углубляя стойки в землю. Где смог, я подправил, но были места в которых требовались новые опоры, а у меня их с собой конечно же не было.

«Придется завтра завершать начатое. Да и краску сразу прикупить на рынке… Все равно дома заняться нечем.