Лжепринцесса для Драконов

Пусть я не столь падок на женщин, как Дарко, пусть избирателен и даже придирчив, как подкалывает брат, но что такое похоть и страсть, я отлично знаю.

Глупо отрицать, что этого не случилось со мной мгновенье назад. Но помимо хорошо знакомых инстинктов, сработало ещё кое-что….

Голубые человеческие глаза просто врезались в сознание, заставляя желать не только тело инзаниийки, но и… душу?

Я хотел забратьвсюСофию себе, с её мыслями, с её чувствами. Всю! Целиком и полностью… присвоить! Я умирал и рождался заново, слушая, как грохочет её сердце… по мне.

Это было что-то новое, незнакомое, не до конца понятное. Симпатия, любовь, влечение? С первого или какого-то там взгляда?

Нет. Это я проходил. Тут что-то другое.

И в голове уже просачиваются не самые радужные догадки на сей счет. Не может быть!

Может, все же минутное помешательство?

К иному я просто не готов. Если к такому вообще можно быть готовым….

Бэль:

Меня трясло так, что пальцы ходили ходуном. Я смотрела в глаза ректора, меняющие цвет каждые несколько секунд, и видела в них бесчисленные вопросы.

Думаю, если бы не Тьюдо, рипт Диргар не упустил бы шанс побеседовать со мной прямо сейчас.

Однако своевременный его уход с компанией драконопринцев вовсе не избавил от тревог. Теперь я вся целиком и полностью оказалась во власти своего сопроводителя, точнее надзирателя.

И он же станет моим палачом, если я совершу непростительную ошибку.

— Стоит ли спрашивать, что сейчас было? — повел бровью Тьюдо. Шевельнулась только она.

— Щелбан, — ответила я, и поползла вторая бровь Тьюдо.

— Мне выпрашивать объяснения? — лязгнул, как металл, его голос.

— Это было недоразумение. Не более того, — заверила я, стараясь говорить твердо и убедительно. Тьюдо не любит, когда мямлят. Особенно в такие моменты.

— Охотно верю твоим словам. И в то, что подобное больше не повторится, София, — сказал он, взглядом касаясь моего значка переводчика.

Это была не просьба, а приказ, сказанный мягким голосом и сопровожденным суровым взглядом. Наверное, не будь на мне шпионского устройства, Марш говорил бы иначе.

Я смогла дышать, лишь когда дверь моей комнаты плотно закрылась за спиной. Облегчение волнами пошло по телу, а затем я ощутила неимоверную усталость.