Любовь без права на ошибку

"

"У него не проходили сильные боли в левой ноге и в правой, и беспрерывно ныла ключица, но больше всего его мучила неподвижность. Привыкший к активной жизни, к мышечным нагрузкам, он изнывал от необходимости лежать в кровати в одном положении. К нему приходил каждый день врач-мануал и делал усиленный массаж всех доступных мышц тела, кроме загипсованных, разумеется, еще Битов попросил врачей повесить над ним специальный турник и подтягивался в течение дня, но пока только одной рукой.

Я ему сочувствовала, представляя, какое это мытарство, хоть он и не жаловался особо, и подумала, что не мешало бы как-то разнообразить больничную жизнь Битова.

Я созвонилась с его лечащим врачом и договорилась о встрече и консультации в субботу.

Прошло две недели, как Влад лежал в больнице, я бы уже взвыла, честное слово, и донимала бы окружающих ужасно, и капризничала бы, но Битов терпел и старался бодриться. Рассказывал, посмеиваясь, как к нему приходили официальные лица из агрофирмы и утверждали, что мы с ним совершили героический поступок и они собираются выдвинуть наши кандидатуры на государственную награду.

– Не надо! – перепугалась я.

– Вот и я им сказал, что не надо, – поддержал меня Битов, переместившись на кровати, отчего картинка на мониторе замелькала и снова вернулась на место, показывая мне его зажившее уже лицо, которое спросило: – Ты приедешь?

– За наградой? – уточнила я.

– Извини, дорогая, с этим придется подождать до моего выздоровления.

Ну это ему так кажется! Лично у меня имелся иной план.

Доктором Битова был такой тертый, умный хирург, мужчина лет за пятьдесят, носивший интересное имя-отчество Лев Валерианович, преувеличенно восхищавшийся мной, но уважавший меня однозначно. Встретил он меня радушно и принялся подробно отвечать на мой вопрос про здоровье господина Битова:

– В целом он быстро идет на поправку, ну это вы уже знаете, Василиса Антоновна. То есть динамика очень и очень положительная.