Люблю тебя врагам назло

Я бы тоже не был в восторге от детдомовского говнюка в своем классе, — весело заявил он.

— Ты не… Я так про тебя не думаю.

— Ну хватит обо мне, — он картинно взмахнул рукой. — Расскажи о себе, Алиса Малыгина. Какая ты?

Его вопрос ввел меня в ступор.

— Ну не знаю… Мне семнадцать, я учусь в этой школе с первого класса, у меня две старшие сестры, — начала я.

— Нет-нет, это не то, — перебил меня Ярослав.

— Не то? — растерянно спросила я.

— Расскажи, какая ты из себя. Что тебе нравится? О чем мечтаешь? Что тебя волнует?

Я подняла на него глаза.

— Больше всего на свете мне нравится поэзия, — призналась я.

— Вот, — одобрительно закивал головой Ярослав. — Ты очень хорошо рассказывала стих на литературе.

— Спасибо, — улыбнулась я. — А какое твое любимое произведение?

— Эм… Я не очень люблю стихи, если честно. Не понимаю их.

— Ну как же? В стихах столько смысла, столько любви, столько правды…

— А кто твой любимый поэт? — спросил Ярослав.

— Их много.

— Да уж… Я и половины из них не читал, — отозвался Калашников, проводя рукой по коротко стриженным волосам. — Ну, а кроме стихов, что нравится?

— Я волонтер благотворительных организаций, — с гордостью заявила я.

Лицо Ярослава вытянулось, он явно был поражен услышанным.

— Ты шутишь? — он изогнул густые темные брови.

— Нет, — ответила я с улыбкой.

— И что вы там будете делать?

— Ну как что? Общаться со стариками, угощать их, развлекать. Они там в большинстве своем очень одиноки и всегда радуются, когда мы приезжаем. Я испеку блинчики с вареньем, Семен Евгеньевич их очень любит. Говорит, что это лучшие блинчики в его жизни. Льстит, конечно, но все равно приятно.

— Малыгина, это какой-то прикол, которого я не понимаю? Какие старики? Какие блинчики? — недоумевал Ярослав.

— Да я точно тебе говорю! — воскликнула я. — Это будет четвертый раз, как я в ""Белово"" еду. Не веришь — поехали с нами!

— Куда? К старикам? — он недоверчиво покосился на меня.

— Ну, конечно! Тебе понравится, они славные! А какие смешные истории из молодости рассказывают, просто умора, — рассмеялась я.

Ярослав закусил нижнюю губу и смерил меня внимательным взглядом, пытаясь оценить, не блефую ли я.

— Ладно. Я поеду.