Люблю тебя врагам назло

Откуда, мы знаем, что у них в голове!

— Не все выходцы из детских домов — преступники, мама! Абрамович, Шатунов, Русланова — эти люди реализовались в жизни и добились успеха! — с обидой вставила я.

После дневного разговора с мамой я почитала статьи в интернете и припасла несколько козырей.

— Это единицы, Алиса, единицы! — не уступала она.

— Наверное, это сделано для того, чтобы поспособствовать социализации этих ребят, — спокойно заметил папа. — Ведь именно в их изолированности от общества и отсутствии нормального жизненного опыта и заключается причина высокой преступности среди сирот.

— Да, но почему проблемы социализации детей-сирот должны решаться за счет наших детей? — мама выглядела разъяренной.

— Не бери в голову, Ань. От одного беспризорника в коллективе ничего не изменится. Их же не десять человек в один класс посадили.

Мама не стала продолжать спор, но весь вечер выглядела задумчивой. Очевидно, просто так оставлять эту ситуацию она не хотела.

Язык мой — враг мой. И зачем я только сказала ей про Ярослава?

На следующий день перед первым уроком я пересеклась с новеньким в раздевалке.

— Привет! — сказал он, и его зеленые глаза впились мне лицо.

— Привет, — пропищала я, стараясь обойти его внушительных размеров фигуру.

— Какой у нас сейчас урок?

— Биология, — смотря себе под ноги, ответила я.

Почему-то в присутствии этого парня мне становилось не по себе.

— Чего ты на меня так смотришь? — не выдержала я.

Перед лестницей он уступил мне дорогу, а сам двинулся следом. Клянусь, я чувствовала его наглый взгляд своей пятой точкой.

— Просто любуюсь. А что, нельзя? — донесся до меня его низкий голос.

— Нельзя! — выпалила я и ускорилась.

Но Ярослав не отставал. Мы зашли с ним в класс практически одновременно, и я тут же нырнула на свое место, пытаясь отделаться от его навязчивого взора.

— Он похож на опасного дикого зверя! Как бы я хотела стать его жертвой, — мечтательно протянула моя соседка по парте Наташа Одинцова.

— Ты о ком? — спросила я, доставая из сумки учебник, тетрадь и пенал.

— О новеньком, — вздохнула она.

— Ната, ты в серьезно? Он тебе что, как парень нравится? — не поверила я.

— Да. Тебе не кажется, что он похож на Ачи из ""Три метра над уровнем неба""?

— Чего-чего? — не поняла я.