Личное дело женщины-кошки

Когда нам позвонили из милиции и сказали, что Килькина покончила с собой, я поняла, что не знаю о ней ничего, кроме анкеты, об остальном можно было лишь догадываться!

– Вы можете рассказать о Зое Андреевне и Насте? Какие у них были отношения?

Эвелина Лазаревна положила ложку на стол.

– Для этого вы и привезли телик? Вам нужны сведения о Килькиных?

– Что вы, просто…

– Ладно вам, – махнула рукой Казакова, – пойдемте ко мне в кабинет, там и потолкуем.

Усадив меня на диван, директриса сказала:

– Могу изложить только известную всем информацию.

Желая хоть как-то заинтересовать людей, Эвелина Лазаревна сумела получить на баланс небольшой дом. Ранее здание принадлежало расквартированной в Фолпине воинской части, но потом вояк расформировали. Каким образом директриса ухитрилась заполучить двухэтажный барак и сделать там ремонт, отдельная песня.

– У нас тогда только-только появилось коммерческое отделение, – хмурилась Эвелина Лазаревна, – пятый корпус отдали под платный контингент. Сейчас мы деньги получаем, а тогда я клич кинула: возьму на содержание ваших стариков и инвалидов, если с ремонтом поможете. Голь на выдумку хитра.

Приведя домишко в относительно приличный вид, Эвелина начала искать сотрудников. Особые надежды она возлагала на переселенцев, этнических русских, вынужденных бежать из бывших советских республик в связи со вспышками национальных распрей.

Одной из претенденток и была Зоя Андреевна."

"Эвелине Лазаревне Килькина понравилась. Вдова военного с ребенком, не избалованная жизнью женщина, такая станет работать не за страх, а за совесть.

День в день новая медсестра появилась на службе, отработала свою смену и пошла в раздевалку.

– Зоя Андреевна, – окликнула новенькую Галя, сестра-хозяйка, – подите поешьте.

– Спасибо, я тороплюсь, – тихо ответила новенькая.