Леди Каладана

В воздухе противно воняло протухшей рыбой, в цехах гремело оборудование, на судах звенели корабельные склянки, но все покрывал гул многочисленных голосов. Работала только половина предприятия, сильно поврежденного в результате рейда Атрейдеса.

Бракованный ментат проглотил содержимое полного флакона сока сафо, приправленного другими психостимуляторами. Обжигающая жидкость прокатилась по пищеводу в желудок, и голова заработала яснее. Как много идей, как много возможностей!

Через окно он видел, как бригада строителей ремонтирует док, почти полностью сгоревший в результате той же атаки.

Слева от ментата на полу стояли носилки, на которых лежал бесчувственный Холлик. Постоянное вливание сильного наркотика держало его в коме, но живым.

Гарни Холлик являлся известным бойцом, и Питер решил избежать досадных случайностей.

Он хотел сам расчленить пленника до костей и сделать его смерть долгой и мучительной, но понимал, что Раббан придет в ярость, если Питер покончит с Холликом без разрешения, даже может разозлиться так, что убьет и самого де Врие.

Подошел капитан гвардии Харкконенов в черной форме и доложил:

– Мы его разбудим и допросим. По крайней мере, узнаем, участвовал ли он в нападении. Ланкивейл уже год восстанавливает то, что они разрушили.

Питер снова сложил на груди кончики пальцев.

– Для этого еще придет время.

Но даже в этом положении Холлик смог устоять перед действием лекарств. Он находился в беспамятстве уже несколько дней, и наркотики, несомненно, оказали на него вредное и долговременное физическое воздействие. Губы Питера сложились в жестокую улыбку. Этому человеку уже не надо тревожиться из-за долговременных эффектов.

Холлик пошевелился, глухо зарычал и протянул вперед руку, словно хотел что-то схватить. Питер поймал его запястье и закричал двум гвардейцам, стоявшим поблизости:

– Кажется, мы не можем доверять лекарствам.

Пока люди прикручивали руки Гарни к носилкам, де Врие держал их. Вдруг он ощутил под ладонью подвижный бугорок. Он покатал его пальцами, словно массируя. Под кожей оказался твердый плоский предмет размером с ноготь большого пальца. Ментат задумчиво нахмурился. Что это, шрапнель, оставшаяся после старого ранения? Едва ли.