Леди-Гувернантка

Тело ломило, все болело и у меня не было силы, чтобы подняться на ноги. Зато я смогла увидеть, что мальчик жив. Он с трудом встал на колени запрокинул голову и посмотрел на няню, шагнувшую прямо на ребенка.

Моей скудной магии хватило лишь для коварного удара. Собрав остатки силы, я швырнула сгустком огня, способным лишь зажечь свечу. Но этого пламени хватило, чтобы занялось платье миссис Форест.

Легкая ткань вспыхнула весело. Огонь побежал по ткани, распространяясь быстро и проворно.

— Не тронь мальчика, — прохрипела я понимая, насколько смешной, наверное, кажусь темной душе, настолько сильной, что она смогла вселиться в чужое тело и использовать свою силу. Злую и темную.

— Дарен, — прошептала, падая на пол."

"Миссис Форест вскрикнула, ее внимание переместилось на платье. Вскинув руки, она принялась тушить огонь, шипя как рассерженная кошка. Темная душа то и дело выходила из нее и тогда проступали черты прежней няни, той, которая не посмела бы причинить вред ребенку, но теперь была бессильна что-то предпринять и помочь.

Мне же была уготовлена иная участь. Более страшная и жуткая.

В тот момент, когда я поняла, что теряю остатки сознания, вдруг раздался оглушительный треск. Кто-то выбил дверь в комнату ребенка и миг спустя внутрь ворвались двое.

И уже проваливаясь в темноту, успела увидеть лицо Дарена, склонившегося надо мной.

— Вивиан! Не уходите! Вивиан…

Очередной всплеск силы придал некроманту непозволительной скорости. Перемещаться подобным образом в почтенном доме было верхом неприличия, но Дрейку сейчас было не до того.

Все, о чем он мог думать, это Вивиан и мальчик.

А за спиной, уже сообразив, что случилась беда, бежал Нортон Хейвуд.

В покои мальчика оба ворвались, а не вошли. Входная дверь открылась легко, но в гостиной никого не оказалось.

Нортон первым бросился к двери. Дернул с силой ручку, но дверь не поддалась, оказавшись запертой. Тогда Хейвуд отошел на шаг назад и с силой ударил плечом, пытаясь выбить дверь. Раздался хруст, когда Дарен добавил к удару друга магии. Преграды более не было. Мужчины ворвались в спальню мальчика и от увиденного у обоих похолодело сердце.

Картина была ужасной.