Край чужих земель

— Чтобы увидеть, что ты ведешь праздный образ жизни, не смущаясь, что герцог сам трудится, закатав рукава. Я и не думал, что мужчина с таким титулом умеет держать в руках топор! – ответил Варис.

Эта беседа вдруг дала мне понимание, что младшие братья больше не на стороне брата. Если раньше тема Истана вообще не поднималась, то теперь на него, будто выплеснули ушат помоев, обнажив сразу всю его сущность. Нет, жаль мне его не стало. Ни капли, потому что я и не надеялась, что такое произойдет.

— Вы все даже не представляете, как мне тяжело это переносить! – стараясь не кричать, чтобы его голос не услышал герцог, продолжил Истан. Он заводился все больше и больше, видимо, чувство жалости к самому себе набирало обороты и, не найдя поддержки ни в ком, он старался стать за этим столом больше, значительнее.

— Лень? – не удержалась я.

— Что? – зыркнув на меня горящими от ненависти глазами, спросил он удивленно, будто и не думал, что я позволю себе что-то сказать.

— Тяжело переносить лень? – добавила я.

— Ты думаешь, что это ты кормишь нас? Ты думаешь, это ты заботишься о графстве? – не выдержал он и закричал, но тут же взял себя в руки и, сев, посмотрел на лестницу.

При таком раскладе я даже рада была присутствию нашего гостя. Отличный «строгий поводок» для моего психического братца.

— Я думаю, что мы все стараемся, Истан. И Алисия права, мы не имеем права разбрасываться землями, которые отец получил ценою своей крови, своей жизнью, жизнью матери, которая умерла, думая, что он погиб, - тихо, но твердо вставил Варис.

— Ты хочешь стать моим врагом? – прошептал Истан.

— Я? Я хотела стать твоим другом, но ты не хочешь стать моим, брат.

— Я пытался, - прошипел он и сделал настолько драматичное лицо, что захотелось улыбнуться, потому что актером он был посредственным и явно переигрывал.

— Продав меня, как лошадь, ты хотел сделать меня другом? Так обращаются с друзьями? – я встала и, мотнув Лидии, ошалевшей от нашего вечернего разговора, вышла на улицу.