Кошмарных снов, любимая

"

"Он стал ее слабостью.

– Кое-кто рассказал мне, что у тебя появился дружок, – продолжает Джеймс глумливо. – И я знаю кто.

– Лучше бы сам завел себе подружку, – отвечает скучным голосом Джесс. – А если ты хоть пальцем тронешь Аманду, клянусь, вся школа об этом узнает. Понял?

– Так страшно, Мэлоун, – улыбается Джеймс, обнажая белые ровные зубы. – Нет, серьезно, я все знаю.

Джесс молча показывает ему средний палец и садится в свою машину.

Она не относится внимательно к его словам. И Джеймса это ужасно злит.

– Вся школа? – бормочет он.

 – Отличная идея…

Джеймс с улыбкой провожает ее машину. И с трудом отгоняет мысли о том, какого цвета на Мэлоун сегодня белье.

Глава 21

Брук Уоркер – высокая широкоплечая блондинка с коротко обрезанными волосами – уверенно поднялась по ступеням к дверям католической церкви, возведенной в чопорном готическом стиле. Церковь притаилась на краю пригорода, в зеленом тихом районе, и добираться до нее пришлось чертовски долго.

Не то чтобы Уоркер считала себя верующей – напротив, ее сильной стороной была логика.

Однако именно в церкви назначила встречу будущая клиентка. На своем веку частный детектив Уоркер повидала немало, но это была ее первая клиентка, которая захотела увидеться в подобном месте. К тому же они общались только по электронной почте.

«Надеюсь, она меня не кинет», – подумала Уоркер, прежде чем открыть тяжелые двери.

Кататься просто так туда и обратно по этим проклятым пробкам не хотелось.

Внутри старого здания царила гулкая тишина, которая разливалась в прохладной полутьме.

В витражах играли блики мерцающих догорающих свечей. Высокий потолок и стены были украшены росписью и фресками. На втором этаже, над входом, находился орган. В центре возвышался алтарь, украшенный золотом и скульптурами святых, которые смотрели на прихожан с печалью.

Из мира суеты, стекла и бетона Уоркер попала в тихую гавань. Впрочем, ей тут не нравилось. Хотелось на свежий воздух и в городской привычный шум.

Ряды длинных скамеек пустовали. Видимо, месса закончилась, и даже священнослужители уже ушли.

Клиентка сидела напротив алтаря. Ее темные длинные волосы спадали на совершенно прямую спину.

Красивая. Бледная. Изможденная.

Уоркер прошла вдоль рядов деревянных скамеек – ее тяжелые для женщины шаги были хорошо слышны – и опустилась рядом с клиенткой.

Та то ли молилась, то ли просто смотрела в одну точку, не мигая.

– Джессика Мэлоун? – уточнила Уоркер.

– Да, – хрипло ответила та и медленно повернула голову. – Это я.