Измена. Жизнь заново (СИ)

Ох, мамочки!

Есенин и без биты выглядит устрашающе, а уж с битой в руках – вообще описаться можно от ужаса! Брови нахмурены, челюсти крепко сжаты, глаза горят.

Глядя на него, можно было с уверенностью сказать, что он не будет колебаться ни секунды, прежде чем пустить биту в ход.

По тому, как изменилось Пашино лицо, я поняла, что он тоже это понял. Поэтому он торопливо открыл замок на двери и даже приоткрыл саму дверь.

– Ну, ты чего, мужик? Все-все, открыл уже! Чего надо-то?

– Из машины выйди, – сухо и резко приказал Демид.

Павел бросил на меня быстрый испуганный взгляд и вылез из машины. Я тоже вышла.

– Что тут, на хрен, происходит? – резко спросил Есенин. – Он тебя обидел? – вопрос был явно адресован мне.

– Нет-нет! Все в порядке, – испугалась я.

Убьет еще!

– Он затащил тебя в машину. Я по камерам увидел, – потребовал он от меня ответа.

– Я собирался просто поговорить со своей женой! – воскликнул Павел, переводя недоуменный взгляд с меня на Есенина и обратно.

Брови Демида поползли вверх:

– Айседора, о чем говорит этот очкарик?

– Это мой муж, – обреченно кивнула я, краснея.

Боги! Что за идиотская ситуация!

Есенин опасно сощурился, глядя на меня. У меня сердце ушло в пятки.

– Однако! Ты полна сюрпризов! Знаешь, сейчас твое заявление о том, что ты не знакомишься с женатыми, выглядит особенно странно, – пренебрежительно хмыкнул он.

– Алевтина, кто это? – потребовал от меня ответа Павел.

– Тот, с кем я тебе изменила, – вздохнула я.

Паша рот открыл, явно пребывая в шоке.

– Изменила! Ля-я… Меня сейчас стошнит, – презрительно фыркнул Демид.

В его глазах я отчетливо увидела разочарование. Он развернулся и направился прочь.

Меня почему-то сильно задели его слова. А больше всего – разочарование во взгляде. Неожиданно появилось какое-то глупое детское желание побежать следом и начать оправдываться.

Но с какой стати? Он мне кто вообще? Не побегу я за ним. Уходит и ладно.

– Фига ты отомстила! – обалдело воскликнул отмерший Павел, ошеломленно глядящий вслед уходящему мужчине.

Демид вдруг остановился и застыл, не поворачиваясь. Словно обдумывал что-то. Потом развернулся и смерил нас оценивающим взглядом.

– Что ты сказал, очкарик? – переспросил он. – Отомстила?

Он вновь вернулся и посмотрел мне в глаза.

– Так это он тебе изменил, да? А ты ему так отомстила?

– Это не ваше дело! – возмутился муж.

– Слышь, задолбал. Заткнись. Не с тобой разговариваю.