Измена. Счастье вопреки

— Почему, Юля, почему? — только и могу выдавить из себя. — За что?

— Шшш, тише, Катюш, Владимир Алексеевич с ним разберется. Он его в окно швырнул. И сам туда же, следом за ним. Не плачь, все позади.

От ее слов мне становится только больнее. Ничего не понимаю и плохо воспринимаю ее слова.

— За что, Юля? — бросаю взгляд полный слез на свою подругу.

Юля не отвечает, только сильнее прижимает меня к себе. От тепла ее тела становится так уютно, тепло. Безопасно.

— Сбежал, гад, — вздрагиваю от резкого голоса Владимира, полного злости гнева и досады.

Поднимаю голову с плеча Юли и замечаю, что Владимир стоит у разбитого окна со стороны улицы. Его рубашка разорвана, в нескольких местах следы от порезов.

— Сокол! — Владимир зовет нашего водителя, бросая встревоженный взгляд в мою сторону.

Соколов быстро заходит в комнату, закрывает за собой выломанную пошатывающуюся на петлях дверь и подпирает ее своим телом, чтобы больше никто не смог зайти и потревожить нас.

— Сокол, свяжись с охраной, пускай ищут этого придурка.

— Уже, босс, — Соколов смотрит на Юлю взволнованно и мнется, явно желая что-то сказать, но не решается.

Оба мужчины смотрят на нас и молчат. Наконец, Владимир собирается с силами и нерешительно, аккуратно спрашивает:

— А, он…

— Вы вовремя, — перебивает его Юля и прижимает меня сильнее к себе. — Не успел.

Владимир с силой впивается руками в подоконник, так что осколки разбитого оконного стекла вонзаются в его кожу, но он словно этого не замечает.

— Убью гада, — произносит злобно под нос.

Владимир осторожно залезает в комнату через окно и о чем-то перешептывается с подошедшим к нему Соколом.

Меня всю трясет. Слез больше нет. Кажется, они все вышли. Остались лишь тихие всхлипы. Тихо всхлипываю, уткнувшись носом в плечо подруги.

Я потеряла счет времени.

Помню лишь как сильные руки осторожно и заботливо подняли меня, закутанную в плед.

Юля держит меня за руку, ненавязчиво поглаживая. Владимир несет меня через темный коридор.

Прямо у черного выхода стоит припаркованный автомобиль. Юля отпускает мою руку. Меня заботливо усаживают на заднее сидение. Начинаю вновь паниковать, оказавшись одна, без поддержки.

Это длилось всего несколько секунд, которые показались мне вечностью. Испуганно озираюсь по сторонам.