Измена. Попаданка в истинную

Парни по очереди осмотрели подвеску, но не почувствовали в ней абсолютно никакой силы.

— Не знаю, чем грозит нам эта подвеска и как она может на тебя повлиять, но коня ты приобрела знатного, чувствуется в нем сила и разум.

Придя к общему мнению, что все, что не делается, все к лучшему, мы со спокойной душой легли спать, Маркус не чувствовал неприятностей от долы, а его чутью мы уже все доверяли.

Утро выдалось прекрасном, я наконец то проснулась полной сил, всю ночь мне снился зеленый лес, пение птиц, косули и оленята, все лесные звери, словно выходили мне на встречу, чтобы поздороваться, обнюхать руки, поприветствовать с возвращением домой.

— Лизаветта, я тебя не узнаю, встала вперед меня, — сонно потягиваясь промурчал кот.

— И жизнь хороша, и жить хорошо, — задорно улыбаясь, ответила Барсу, — идем умываться соня.

Рядом со стоянкой протекал небольшой ручей, куда я собралась идти умыться, взяв с собой Грозного. Парни уже встали, и поглядывая на меня навьючивали своих лошадей, Маркус же уничтожал следы пребывания лагеря.

У ручья первым делом напоила Грозного, потом умывшись, решила, что и коня освежу, надергала длинной травы, скрутила жгутиками, стала мочить и натирать коня.

Грозный смотрел на меня с подозрением, но молча, терпел мое проявление заботы.

— Натри его Габоной, хоть пользы больше будет, — наблюдая за мной со стороны, предложил Барс.

— Габона? Что-то знакомое… вспомнила, трава, используется в мазях, от комаров и всех кровососущих насекомых.

Память Элизы все легче всплывала в моей голове.

— Именно, умница Елизавета, а с поиском я тебе помогу, я ж всю траву за версту чую, повезло тебе со мной Лизонька, ох повезло. А ты меня не ценишь…

— Да как же не ценю, Барсик ты мой пушистый, с шерсткой блестящий, защита моя и опора, — посмеиваясь, в тон отвечала коту, глядя как он, запрыгивает в глубокую траву, и вылезает из нее, держа в пасти небольшие веточки трав.

Габона, сама по себе небольшая трава, но предпочитает тенистые места и растет в основном среди высокой травы, где ее почти не видно.

Я с удовольствием растерла габону, чтобы она дала сок и смешав с импровизированным мочалом, натерла Грозного. Габона пахла свежескошенной травой и полынью, что видимо и отгоняло кровососущих.

Грозный словно понимал, что я делаю, тыкался мордой мне в плечо и с благодарностью фыркал, тепло щекоча незакрытую кожу у шеи, вызывая толпы мурашек.