Измена. Попаданка в истинную

Мало ли как к этому здесь относятся, может, в местный дом умалишенных упекут, а может, сожгут от греха подальше, как у нас ведьм сжигали.

Еще раз окинула, комнату взглядом, задержавшись на окне. Тихонько встала, опираясь на кровать, а после на стену, аккуратно дошла до окна. Открывшийся вид впечатлял. Горы, леса, вдоль дома небольшой сад, розарий.

Моя комната находилась на втором этаже. Дом выглядел, как небольшое поместье, невысокое, но довольно широкое, видно, что вмещает много комнат. И самое главное здесь было лето, а на земле поздняя осень.

Громкий звук открывшейся двери отвлек меня от созерцания окружающего мира. В комнату вихрем влетела, красивая, хрупкая брюнетка. В насыщенно-желтом платье, из материала напоминающий атлас, крой которого подчеркивал идеальные пропорции девушки. Но стоило, ей открыть свой рот, как ее лицо исказилось, маска очаровательной юной девушки слетела, как будто и не было. Передо мной стаяла, наглая, уверенная в себе молодая женщина.

По обрывкам чужой памяти узнаю Мариссу.

— Значит не сдохла? Живучая? Тебе же хуже мышь приютская. Могла бы умереть, как уважаемая жена лучшего из драконов. А сдохнешь разведенной брошенкой, без имени и титула. Сгниешь на паперти, прося милостыню, как вашему приютскому отродью и положено!

Легким движением руки сдирает с моей шеи, цепочку с подвеской из красного камня. Камень в ее руке рассыпается в порошок, который плавно оседает на пол. Переведя взгляд с меня, на пол и обратно, замолкает, гордо разворачивается и выходит обратно.

Странно судя по ее настрою, тирада должна была быть длинной.

Мне хотелось остановить охамевшую девчонку, как следует встряхнуть, поставить на место. Где это видано, чтобы так со старшими разговаривали. Но слабость в теле и легкое головокружение, напоминают мне, что я больше не Елизавета Павловна. А леди Элиза, жена неудачница, слабая девочка из приюта.

Оставлять все так, я не собиралась, но мне нужно больше информации, чтобы выбить себе лучшую жизнь и условия.

Повезло мне, или может, местные боги благоволят моей судьбе, но обрывочные воспоминания, начинают складываться в общую картину.

5"

"Вот мне тринадцать лет, возраст поступления в академию благочестивых дев. Я стою и с восхищением смотрю, через кованые ворота на величественный замок, шпилями пронизывающий облака. Легкий летний ветерок, обдувает мое разгоряченное солнцем лицо и застревает в непослушной копне светлых волос, причудливо их растрепав. Счастье меня переполняет.