Измена. Попаданка в истинную

Он улыбнулся мне и подошёл ближе, его движения были плавными, почти кошачьими. — Я хотел лично поблагодарить тебя за спасение, — продолжил он, слегка обнимая меня. Это было неожиданно. — У меня до этого не было возможности выразить свою благодарность. Ты спасла мне жизнь, и я всегда буду тебе обязан.

Ром, стоявший позади брата, кивнул в знак поддержки. Он всегда был менее разговорчивым, но его присутствие всегда ощущалось, как тихая, но мощная сила.

— Мы оба благодарны тебе, Елизавета, — добавил Ром, его голос был глубоким и спокойным— И ещё, знай, ты всегда можешь рассчитывать на нашу помощь.

Я улыбнулась, чувствуя, как тепло их слов проникает глубоко в душу, согревая её. Мы прошли через многое вместе, и эта связь будет сильнее, чем просто дружба."

"— Я рада, что смогла помочь. Берегите себя, — сказала я, прощаясь. — Ай, чуть не забыла, здесь, заряженная вода для тяжело больных. Распорядитесь ей с умом, — добавила я, протягивая бурдюк.

Мор взял бурдюк, благодарно кивнув. В его глазах блеснула признательность, и он бережно принял его, словно это был ценнейший артефакт.

— Спасибо, Елизавета. — сказал он, на мгновение задержав мой взгляд, как будто хотел сказать что-то ещё, но передумал.

Попрощавшись с братьями, я направилась обратно к нашей группе, чувствуя на себе постоянный взгляд Эдгара. Он стоял рядом с Маркусом и Дойлом, его глаза следили за каждым моим движением, словно пытаясь что-то разгадать или понять. Когда я подошла ближе, он шагнул вперёд, явно желая что-то сказать, но остановился, лишь сжав кулаки так, что костяшки побелели.

— Всё в порядке, — сказала я, стараясь звучать спокойно и уверенно. — Мы готовы?

Эдгар кивнул, а Барсик, недовольно фыркая, подбежал ко мне, и встал между мной и Эдгаром, словно защищая.

Мы собрали всё необходимое снаряжение и, не теряя времени, выдвинулись в путь. Гиблые земли ждали нас, и это были не просто слова. Две ночи подряд я видела сон, где лес плачет и зовет меня, его голоса были полны страха и боли.

61

Наша группа выдвинулась в путь верхом на лошадях, сливаясь с туманным лесом, как тени на границе между мирами.

Он ехал на белоснежной кобылице, настолько грациозной и величественной, что она выглядела как из другого мира. Её шерсть блестела в утреннем свете, словно покрытая серебром, а каждый её шаг был плавным и уверенным, как будто она скользила по земле, едва касаясь её копытами.