Измена. Попаданка в истинную

Морал вытянулся по стойке, он был удивлен, я бы даже сказала шокирован.

— Спокойно капитан, — остановил его Эдгар, от почестей, — я здесь инкогнито, — и снова набросил на глаза капюшон.

— Лиза забирай свою команду, и идите отдыхать, через сутки новое задание, — отправил нас подальше Морал, чтобы мы не мешали ему поговорить с Эдгаром.

Но все же часть разговора, нам удалось услышать, точнее не нам, а Барсику.

— Он так и сказал, мряу, мы ждали вас неделю назад. А Эдгар ему на это заявляет, что его дракон слаб и больше не может летать, и у него было экстренное приземление в гиблых землях.

 — рассказывал нам Барсик. Когда мы уже разложили палатку и даже успели перекусить. — Представляете мряу, мы с ним еду делили, а он скрывает что-то. — нервничая, Барсик начинал по привычке мяукать.

— Успокойся Барс, мы же тоже от него многое скрываем, он так и не узнал, что ты говорящий например.

— Не смей его защищать, Лиза, я из-за него чуть говорить не разучился, думал совсем отупею, пока приедем, буду ходить мау, да мяу.

— А вы что об этом думаете? — обратилась я к друзьям

Маркус нахмурился, обдумывая услышанное.

— Эдгар явно что-то скрывает. Дракон — это серьёзно. Если он действительно связан с драконом, нам нужно быть очень осторожными.

— Я не думаю, что он наш враг, — вмешался Гвен, мой брат. — Он помог нам, когда это было нужно, и не показал себя с плохой стороны. Но всё равно, лучше быть на чеку.

— Согласен, — добавил Дойл. — Пока мы не узнаем больше, нам нужно быть бдительными.

Но сейчас самое главное — отдых. Мы все устали.

Я кивнула, соглашаясь с друзьями. Мы все нуждались в отдыхе после трёх дней пути. Барсик, казалось, тоже успокоился и теперь лежал рядом, свернувшись калачиком.

— Хорошо, — сказала я, оглядываясь на свои уставшие, но верные лица. — Давайте отдохнём.

Все разлеглись спать, а я решила проверить, как поживает мой верный конь Грозный, и прихватила ему яблочко, полученное на полевой кухне.

Лагерь постепенно погружался в тишину, и лишь редкие голоса нарушали спокойствие ночи.

Я направилась к загону, где стояли наши лошади. Грозный, мой чёрный жеребец, выросший рядом с гиблым лесом, всегда был особенным. Его силуэт чётко выделялся в лунном свете.

— Привет, мой хороший, — тихо прошептала я, подходя к нему с яблоком. Грозный поднял голову и посмотрел на меня своими умными глазами. Я погладила его по шее, ощущая под пальцами тепло и силу его мышц. — Вот, держи, заслужил, — сказала я, протягивая ему яблоко.