Измена. Я отыграюсь! (СИ)

Решающая партия затягивалась. Я ускользала, ставя один снукер за другим. Стас же раз за разом лишь аккуратно отыгрывался, не пытался опасно атаковать и выжидал со спокойствием большого удава. И таки дождался! Я ошиблась, вызвав у стоявших рядом со столом разочарованный, сочувствующий вздох, и Стас моей ошибкой незамедлительно воспользовался, закончив партию под аплодисменты зрителей, которые сразу после стали расходиться.

— Еще выпьем? Или уже в бунгало? — Стас усмехнулся, знакомо вскидывая бровь, а потом в который раз коснулся пуговки на рубашке — кажется, той, что изображала черепашку.

Ага! «На морских черепахах, Елена Георгиевна, на морских черепахах!» Да и как иначе?

— В нумера! — с наигранной беспечностью махнула рукой я.

— В нумера, так в нумера. Тем более что нас там уже ждут, — легко согласился Стас и первым пошел к электрокару.

Всю дорогу до бунгало я сидела, невольно сжимая коленочки и косясь на сидевшего за рулем электрокара Стаса. У того же вид был будто у кота, вдоволь нажравшегося ворованной сметаны.

— Вы же не думаете, что я соглашусь… с этими вашими тайцами, Станислав Дмитриевич.

— Елена Георгиевна, мы же, вроде, договорились, что после того, как кто-то из нас выиграет, проигравший будет очень и очень послушным. Что ж вы теперь на попятный-то?

Возразить было нечего. Действительно, я была настолько уверена в своей неизбежной победе, что совсем не позаботилась о том, чтобы подстелить себе соломки на случай падения. Можно и нужно ведь было хотя бы рамки, за которыми для меня начиналось полное «никак невозможно», обозначить.

— Значит, все-таки групповуха? Не думала, что ваш… размерчик, Станислав Дмитриевич, окажется таким…

Стас рассмеялся, вдруг подмигнул как-то откровенно пошло (даже неприятно вспомнилась наша самая первая игра, когда он за карточным столом изобразил пантомиму родом из подворотни и формата «отсоси»), но от прямого ответа с прояснением ближайших планов уклонился:

— Ну что вы, Елена Георгиевна.