Измена. Я не прощу (СИ)

Кир пожимает плечами, раскладывая документы.

— Звучит, конечно, прекрасно, но только для тех, кто не разбирается в юриспруденции. На строительство салонов были выделены кредиты. Соответственно, они принадлежат Людмиле, как и акции и прибыль от них.

— Кредиты бессрочные. Мы можем обратиться в суд в любой момент. И он наложит аресты на все имущество, принадлежащее Людмиле. А на данный момент, я так понимаю, это не только салоны и акции?

Я с опаской смотрю на Руслана.

Ведь теперь под угрозой и его имущество! Он же все передал мне!

Но Рус очень спокоен.

А ведь на салоны выделялись огромные деньги. Отец лишь отмахивался. Говорил, что я все ему верну, когда войду в прибыль.

Бизнес, это ведь не только построить салон. Его нужно еще поднять на ноги. Я была готова к тому, что первые пару лет буду работать в минус. Хотя бы в ноль выйти на самом деле. И это не говоря о том, что салоны пока не достроены. В них еще как минимум половину нужно вложить! А таких денег у меня нет.

— Поэтому, Людмила, нам проще с вами все решить полюбовно. Подпишите передачу всех объектов и акций на имя вашей сестры, и мы закроем этот вопрос.

— Неужели память отца для вас ничего не значит?

Я все-таки не сдерживаюсь.

Рус хватает меня за руку, крепко сжимая ее. Но я вырываюсь. Поднимаюсь со своего места, переводя сверкающий взгляд на каждого из совета директоров.

— Вы ведь знаете, что он поднял эту корпорацию с нуля. Знаете, как много над ней работал! Он ведь вас самих обеспечил всем! Особенно вас, Арсений Павлович! Где вы были до того, как отец вас взял к себе? Вашу адвокатскую практику закрыли.

— Людмила.

— Нет! И вы прекрасно знаете, что отец хотел, чтобы я поставила на ноги эти салоны! Такова была его воля, и вам прекрасно об этом известно! Но вас правда больше не интересует, верно? Только деньги, ради которых вы готовы предать отца и служить, как шавка, новым хозяевам!

— Людмила, я…

— Вы разморозите акции и снимите арест, — холодно заявляет Кирилл.

— Решать не ему.

Рус вслед за мной поднимается с места.