Измена. Я не прощу (СИ)

— Рус, ну что это вообще за детский сад. Тебе делами занимать надо. Важными. А ты… Какое-то глупое колесо!

— Значит, боишься. То же самое я слышал и в университете. Что нужно важным заниматься. Учебой. А не каким-то глупым колесом!

— Пфффф. Я не боюсь! Пошли!

Но на самом деле мне так страшно, что дрожат коленки. Особенно когда мы поднимаемся над домами.

— Зачем ты меня сюда притащил?

Рус снимает цепочку. Подает мне руку, чтобы я поднялась. Обхватывает мою талию, прижимаясь сзади.

А я шумно сглатываю.

— Почувствуй, Мила. Просто почувствуй. Ощути это.

Немного хрипло шепчет мне на ухо. А у меня голова кружится от высоты. И в то же время не могу отвернуться. Продолжаю смотреть вниз, как завороженная.

— Это ведь жизнь, Мила. Страшно. Но только вначале. А потом ты понимаешь, что ничего лучше этого нет. И голова кружится… Уже от кайфа. Ты чувствуешь?

— Да…

Я вздрагиваю, когда мы поднимаемся на самую большую высоту. И в то же время начинаю понимать, о чем он говорит.

— В следующий раз мы прыгнем с тобой с парашюта. В паре. Пристегнутые вместе.

— Я не способна на такой авантюризм, Руслан.

— Ты даже не представляешь. На что ты на самом деле способна, Мила. Ты сама себя не знаешь так, как тебя знаю я.

Он резко разворачивает меня к себе.

Впивается в губы острым, горячим поцелуем.

Таким, от которого голова кружится еще сильнее.

Глава 30

Руслан так же резко отстраняется.

Мы так и стоим рядом. Тяжело дышим и не отводим глаз.

Кажется, оба слегка ошалевшие от этого дикого поцелуя.

И в голове шумит. И она кружится. Уже совсем не от высоты….

— Куда дальше? Что у нас с программой?

Кажется, я обретаю голос только когда спрыгиваю из кабинки при помощи Руслана.

Он подхватывает меня на руки и бережно опускает на землю.

— Выбирай, Мила. Лебеди? Лодки? Или пойдем в открытое кафе?

Голос Руслана звучит хрипло. Рвано. Как и удары моего сердца. Ставшие какими-то слишком громкими.

А домой нельзя?"

"Хочется спросить. Но что-то мне подсказывает, что вот именно не сейчас. Сейчас мы как будто… На каком-то очень тонком льду…

— Пожалуй, покормим лебедей, — я пытаюсь улыбнуться, но почему-то не получается.