Измена. Я не прощу (СИ)

К Милке вернется и тогда денег нам не видать! Она же все на свои салоны спустит! Ничего мы от нее не дождемся никогда! Салоны в прибыль выйдут, еще какую-нибудь дичь придумает, куда деньги сливать! У нее же шило в одном месте, ты же знаешь!

Найдется, мам. Никуда не денется. Там у Егора знаешь, какая служба безопасности! Они же все преданы отчиму были! Откопают нашу Милу. Они же уверены, что для ее же блага. Что она вред себе причинить может, потому как невменяемая. Уверена, найдем. Только давай пока особо без трат.

У вас все в порядке?

Быстро вытягиваюсь в струну, прикрываясь ворохом одежды.

По спине течет ледяной пот.

— Да-да, — киваю на огромную стопку, радуясь, что так много набрала.

Хоть бы они не узнали мой голос! Иначе даже не представляю, что будет!

— Может, вам все-таки помочь?

Девушка-консультант приветливо улыбается.

— Нет, спасибо, — отчаянно дергаю головой.

Голос звучит хрипло. Горло пересохло от услышанных откровений.

Наконец она кивает и задергивает шторку.

— Ну ладно. Возьмем вот это, — слышу, как вздыхает за тонкой перегородкой мать. — Только еще все равно заедем за тем браслетом! И, знаешь, Ляля. Ведь кто-то Миле же помогает. Иначе мы ее давно бы уже нашли. Даже если бы она с бомжами какими-то связалась! Ты уверена, что она не виделась с этим Филатовым после университета?

— Мам, да она же мышью всю жизнь была! С кем она там виделась? Не познакомь я ее с Егором, там бы старой девой вообще бы и осталась!

— Ты все равно.

Я не дышу.

До тех пор, пока не слышу стук каблуков.

Кажется, они расплачиваются. Звякает колокольчик на двери.

И все равно сижу еще в примерочной, наверное, с полчаса. Пока водитель Руслана не начинает разрывать своими звонками мой телефон.

Опасливо выглядываю из-за шторки и с облегчением убеждаюсь, что в магазине больше никого нет.

Не глядя, отбираю несколько комплектов белья и одежду и отношу на кассу.

— Руслан!"

"Я буквально врываюсь в его кабинет, несмотря на возмущение девушки в приемной.

Пакеты со всем купленным так и бросила в машине, даже не глядя.

— Туда нельзя! Девушка! Вы записаны? На какое время?

Но я будто не слышу.

Несусь к Русу сломя голову. Потому что ноги подгибаются, а руки дрожат. Мне страшно.