Изгой Проклятого Клана. Том 4

— Хрена с два я куда-то пойду, пока эта милашка не поднимет на ноги наших парней, — Кай провёл по Ане сальным взглядом. Она ответила ему только холодом. Кай взглянул на меня. — Даже не так. Я УЙДУ отсюда ТОЛЬКО со своими парнями. Это понятно? И никакой Уваров мне здесь не указ. Он продал нас, как свинину, на убой японцам. Срать я хотел и на Уварова, и на, мать его, его Величество! — и загоготал как безумный.

Наёмники, которые сейчас спешили помочь раненым соратникам, активно закивали.

Пёс посмотрел на Кая тяжёлым взглядом.

— За такие слова можно лишиться головы, — спокойно заметил Троян.

На что Кай только сильнее захохотал и пошёл к Августину, пытаясь задеть меня плечом. Получилось никак. Он просто оттолкнулся от меня, чуть не завалившись на бок.

— А ты крепок, малец, — хмыкнул он. И тут же получил звонкий подзатыльник от Августина. Затем посмотрел на того с недоумением. — Ты что, старый, совсем берега попутал⁈

— В следующий раз, — сказал Августин, — получишь в морду.

— Да что ты говоришь, Август? Нам уже конец! Сечёшь? Японцы нас в живых не оставят. Будут посылать своих некромантов, пока не перебьют всех. В этот раз нас нас какую-то мелочёвку натравили, только поэтому мы сейчас с тобой разговариваем. А Император, чтоб его, сразу же выдаст нас, стоит нам оказаться в его руках.

— Князь нас не оставит, — без тени сомнения заявил Августин.

— Да-да-да, — саркастично заговорил Кай. — Ты всегда был таким оптимистом. До глупости оптимистом. Настолько, что меня, как и половину нашего отряда, это сначала смешило, а после смерти Начальника, только раздражает.

— Претендуешь на место командира? — вздёрнул брови Августин.

На что Кай только цыкнул и отошёл в сторону, больше не желая продолжать разговор.

Я вздохнул и посмотрел на Августина. Затем тихо, чтобы никто кроме него, меня не слышал, сказал:

— Мой целитель поможет тяжелораненым.

На его лице показалась борьба."

"Августин хотел согласиться. Я это видел. Но, скорее всего, понимал, что остальные члены отряда никогда ему этого не простят.

После недолгой внутренней борьбы, он заявил:

— Я не выдам его. Если согласится — отпущу, а так — мы будем стоять за него до последнего.

Вот за это я его зауважал.

Но моей проблемы это не решало.

— Ясно.