Изгой Проклятого Клана. Том 4

И… чтоб меня… чтоб ИХ!

Я не чувствовал никаких подозрительных запахов поблизости. Но не потому, что рядом никого не было. А потому что в засаду моих людей поймала одна из неприятнейших тварей, которых только можно встретить.

У неё не было запаха, как такового. И облика тоже.

Всё, что она имела — принадлежало другим.

— Аня… он хочет убить меня, — жалобно всхлипнула тёмная фигура, стоящая между Аней и Владиславом. Фигура, принявшая образ… Людмилы. В лёгком больничном халате. — Пожалуйста. Защити меня. Как всегда тебя защищала я!

Аня смотрела на неё, застыв.

А он…

— Только попробуй напасть на меня, мерзавка, — процедил Владислав, стоя напротив Ани с обнажёнными ножами и с приготовленным ускорением.

Но я видел, что его колено мелко подрагивало.

Сам образ тени изменился приняв форму молодого паренька в дорогой одежде. С острым взглядом и надменным лицом, с резкими чертами.

Он презрением посмотрел на Владислава.

Отчего тот замер. Задрожали и его руки.

Жалобный голос Людмилы тут же изменился на мужской. Громкий. Жёсткий. Властный.

— Ничтожество. Ты проиграл женщине. А теперь даже не способен взять у неё реванш.

— Я… — тихо произнёс Владислав, быстро переводя напряжённый взгляд с тени на Аню и наоборот. — Я договорился…

— Она чуть не убила тебя, ничтожество.

— Но моё слово…

— Ты — мой брат, а не чернь. Ты волен забрать любое слово, данное быдлу. Поэтому сейчас же прикончи эту девку.

Владислав вытер со лба пот.

Теневой допплер.

И делала это крайне хорошо. Поэтому допплеров я ненавидел всем сердцем.

У них не было своих тел и обликов. Зато у них была возможность принимать чью угодно форму, ориентируясь на память своих жертв.

Когда жертва вступала в радиус их действия, а это несколько метров вокруг твари, то допплер моментально считывал их мысли и эмоции. После чего принимал форму, которая была для человека страшнее всего.

И чем дольше человек находился рядом с допплером, тем глубже тот зарывался в его разум. Тем более мрачные мысли доставал. И тем более изощрённые сюжеты для запугивания разыгрывал, принимая разные облики.

Судя по рёву, он сначала напугал Владислава и Аню образом зверя. А потом резко включился в их эмоции. Усиливал их. Делал людей слабыми. Уязвимыми. Даже перед собственными страхами, которые изнутри пожирали их разум и душу.