Из мухи получится слон

А на крепыша эти ужасы не произвели впечатления, и он продолжал, негодуя, осыпать Амелина упреками:

— А зачем ты вообще туда поперся? Что ты там забыл? Зачем было вскрывать квартиру этой девчонки? Кто тебе, дураку, велел это делать? Таким придуркам только и проявлять инициативу.

— Но мы же объясняли, что на месте ничего не оказалось, и я подумала, что это она слямзила, — виновато оправдываясь, снова вступила в беседу девушка."

"— Она подумала! Тоже мыслительница выискалась на мою голову, — уже спокойнее произнес крепыш, наверное, он устал злиться.

В доме стало тихо. Все молча обдумывали речь крепыша.

— Из-за твоего идиотизма весь план по библиотеке придется переработать и сроки пересмотреть.

— Мы их отложим? — поинтересовалась девушка.

— Нет, наоборот.

Мы с Наташей насторожились, но крепыш ничего больше не прибавил. Зато заговорил один из мужиков, который до того сидел молча.

— Виктор Владимирович, — уважительно обратился он к крепышу, — Петру теперь небезопасно показываться в библиотеке. Кто займет его место? Нас всех это волнует.

— Черт знает что творится. Я должен все заново обдумать в связи с вашими неприятностями.

Все они опять заткнулись. На этот раз из уважения к творческой мысли их мозгового треста. Мы же с Наташей никакого почтения к их главарю не испытывали. Поэтому, отлипнув от щели между дверью и косяком и отойдя на достаточное для безопасных переговоров расстояние, стали обсуждать шепотом подслушанную информацию.

— Нужно послушать еще, — уверяла Наташа.

— Хватит, — я урезонивала ее, — мы достаточно узнали.

— Мы еще ровным счетом ничего не узнали, — бурно, насколько позволяло наше положение, возражала Наташа.

— Не в огромном же замке прячемся, где полно закоулков для игры в прятки или потайных ходов, которые могут служить хорошим укрытием, а всего лишь в загородном доме, где нас скоро обнаружат. Надо уходить, — настаивала я.

— Я не уйду, — уперлась Наташа.