Из мухи получится слон

Для человека, записывающего даже мелкие бытовые поручения на подвернувшихся под руку клочках бумаги, такое отсутствие примечаний возле цифр было поразительно.

Не мог же он все их держать в памяти?"

"Такая, казалось бы, перспективная записная книжка на поверку смогла порадовать нас всего тремя телефонами, но они тоже были бесполезны для нас.

— На всякий случай запишем эти числа из его книжки на чистый лист бумаги и сохраним.

— Да? И кто этим займется?

Мы с надеждой и мольбой посмотрели друг на друга. Я сориентировалась в ситуации быстрее, чем Наташа, и первой произнесла:

— Почерк у меня неважный, и пишу я на редкость грязно.

Наташа укоризненно посмотрела на меня и, тяжело вздохнув, приступила к переписыванию номеров. Я в это время занималась хозяйственными делами, которых оставалась еще уйма. Где-то на середине работы Наташу осенила мысль:

— А для чего я их переписываю?

— Мы оставим твою копию для себя, а оригинал передадим….

— Я не хочу в это верить, — заявила Наташа. — Даша, мне казалось, что теперь, когда мы раздраконили эту сумку, нам незачем идти в милицию.

— Мы составим перечень всего найденного в сумке и оставим его себе, а все вещи и сумку отдадим в милицию. За это деяние мы потребуем от них благодарности, которая будет заключаться в сообщениях нам интересных новостей. Только на этих условиях, и ни на каких иных, мы отдадим ее.

— Было бы здорово самим все распутать, — довольно вяло опять затянула свое Наташа, но я быстро перебила ее:

— И думать забудь об этом. Милиция будет работать на себя и на нас, а мы только сами на себя. Получается, что на нас работают две стороны. Кроме того, милиция обещала мне на завтра… — Здесь я прикусила себе язык, потому что представила себе реакцию Наташи на известие о том, что нас будет пасти переодетый в штатское страж закона.

— Почему замолчала? — спросила Наташа. — Вспомнила о чем-то важном?

— Нет, ничего особенного. Ты пиши, а я займусь расшифровкой записок.