Источник для мастера

И когда же он успел меня разглядеть, если я первый день в Сухом стебле?

– Извини, друг, мы спешим, – ответил папа, подхватывая меня под руку и направляя в сторону нашей кареты, ожидающей на противоположной стороне улицы, – может быть, в следующий раз…

– Конечно! – заулыбался градоправитель, – теперь, когда мы узнали, что у Вас есть дочь…

Дальше я слушать не стала, быстро юркнув внутрь. Какой-то сын нарисовался. Да, в Сухом стебле мы одни имеем титул. И приданое у меня приличное, конечно, по сравнению с остальными жителями Пустоши.

– Теперь я завидная невеста? – невесело усмехнулась папе, когда он сел напротив и приказал трогаться. Папа пожал плечами.

– Тебе еще год учиться в Академии, а потом пять лет отрабатывать на императора. Свадьба может и подождать.

Я облегченно выдохнула.

– Тем более что в Академии ты познакомишься с другими магами, – вдруг продолжил он, – выберешь лучшего. Ты у меня такая красавица. Все парни будут у твоих ног.

Ну-ну.

Глава 5

Парни если и были у моих ног, то недолго.

Особо напористые отваливались сразу – после первого же приглашения на пятый этаж я с ними больше не разговаривала. Более умные начинали издалека – комплименты, ухаживания в столовой, соседство за партой на лекциях. С Мартином, например, я даже пару раз прогулялась в парке. Ничем хорошим наш взаимный интерес друг к другу не кончился. Однажды он пришел на лекцию с фингалом под глазом и разбитой губой, а Георг, цапнув меня в коридоре за руку, озвучил приказ – если не с ним, то ни с кем в Академии я встречаться не буду.

Настаивать на продолжении общения с Мартином я не стала. Зачем портить парню жизнь?

Не то, чтобы я хотела завести с кем-то отношения. Меня одолевало обычное любопытство. Уж слишком громко и часто мои соседки обсуждали то или иное свидание, поцелуи, близость, какие-то настойки, средства от нежелательной беременности, или, наоборот, для желательной. Их, кстати, можно было взять в медицинском кабинете при Академии.

Гулять друг с другом ученикам никто не запрещал.

Почти взрослых девушек и юношей, а младше восемнадцати-девятнадцати, здесь никого не было, запирали в Академии, как в тюрьме. Не выпускали ни богатых, ни бедных, ни в город, ни домой, поэтому и развлекались молодые люди как умели, свободного времени было предостаточно. Некоторые ученицы «доразвлекались» до животиков. И на данный момент в Академии уже пять девушек видящих, у которых форма не скрывает интересного положения.