Я Гордый часть 7

— А я даже пообедать не успела. Эти курсанты — сущие звери, все нервы вымотали! Хорошо, что всего один экзамен остался, и я, наконец, буду свободна как птичка — до осени. Кстати, тебя уже можно официально поздравить?

— Это с чем? Ох, я совсем забыла с этой работой! — порывисто обняла меня Янь.

— Уже можно, — улыбнулся я.

— И ты?..

— По словам мамы, уже сильней ее.

— Ура-а-а-а!!! — оглушительно заорали они.

— А чего? А что? — заволновался Лю, переводя взгляд с одной на другую и не понимая творящегося.

— Твой отец — самый сильный маг в мире! — с гордостью отозвалась Янь.

И вот теперь уже сын запрыгал по кухне, восторженно вопя:

— Мы должны это обязательно отметить!!!

— Конечно. Через пару дней во дворце состоится прием, там и отметим. Заодно вас с Лучезарой познакомлю.

— Это кто еще?

— Моя наложница. Но не простая, -задумался я, — совсем не простая. Маг она, но… В общем, это вам надо увидеть. Думаю, она будет сильнейшей из всех вас.

— И откуда она такая взялась? — скепсис Снежаны так и чувствовался.

— Сам не знаю, где это место. Внучка она Кудеяра, Верховного волхва. Есть мнение, что у нее в роду боги были. Но с этим пока не все ясно.

— И что же этой полубогине понадобилось от простого смертного?

— А кто сказал, что я простой? –страшным голосом спросил я, а после рассмеялся зловещим смехом, который должен был посеять в их сердцах ужас. Но все, чего мне удалось добиться — это гомерический хохот, показывающий абсолютное неуважение к силам Тьмы и Разврата с их стороны.

— Злые вы, уйду я от вас. В монастырь, женский. На неделю. Или две. Впрочем, посмотрим, как примут.

— Стоять. Ты сегодня ночуешь у меня! -взвилась Снежана.

— Неа, — я имел вид гордый и обиженный. — Сегодня никак не могу, потому как надо разобрать по полочкам информацию, плюс пообщаться с Тайным приказом. Так что сегодня без меня. Всех обнимаю, целую — пока-пока.

Ну, и смылся, быстрей, чем она успела опомниться. Пусть теперь страдает и думает, стоит ли впредь смеяться над своим мужчиной.

Так что во дворец я прибыл не в самом хорошем расположении духа, о чем сразу сообщил Кате, которая по традиции меня сразу нашла, не успел я только появиться. Но когда это мои предупреждения ее останавливали? Ко мне пристали, меня домогались — внешне прилично, — мне ставили на вид, что братик плохой, очень плохой.