Горец

— Роспись — сразу поймут, что между нами договоренность, отец тотчас заподозрит о фиктивности отношений. Поэтому я сегодня сообщу бабушке о том, что мы расписались, она эту новость быстро распространит. Соответственно начнут готовиться к свадьбе. Сегодня о браке узнает твой отец, думаю, что ему тоже захочется покрасоваться перед местным обществом.

— Особенно Полине, — сама себе порчу настроение, вспоминая мачеху. Это ведь из-за нее я сейчас не невеста, а жена. — Но это безумные траты.

— Я думаю, что свадьба окупится.

— Ты знаешь моего папу?

— Лично нет, но фамилию слышал.

— А обо мне?

— Нет.

— То есть ты хочешь всех убедить, что у нас с тобой действительно любовь до гроба?

— Да. Правду знает только бабушка, но она будет молчать об этом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Но твой отец тоже, кажется, не особо поверил.

— Мой отец мне никогда не верит, не волнуйся по поводу него.

— И как ты представляешь нашу совместную жизнь?

— Так как ты замужем за горцем, — усмехается, словно не раз подслушивал мои мысли, как я его называла этим словом. — Особо вешаться на шею не придется.

— Уже легче.

— Но соблюдать приличия стоит.

— Например?

— Никаких клубов. Как показала практика, ты любишь искать приключения, — фыркаю, молчу. — Никаких откровенных нарядов, я не желаю видеть, как другие мужские особи пялятся на твои ноги, грудь.

— Ты ревнуешь? — смеюсь над своим вопросом. Давид не успевает ответить, в кабинет заходит женщина, неся наши паспорта и свидетельство о браке. Документы вручают мужу. Странно это слово произносит даже мысленно.

— А теперь жених может поцеловать невесту, кольцами, я смотрю, вы уже обменялись, — что? What? Одно дело целовать под воздействием своих эмоций, как правило, ситуации возникают волнительные, но сейчас я не готова перед незнакомой теткой, которая эти поцелуи видит чуть не каждый день, целовать Давида.

— Поздравляю! — тетка широко улыбается, я тоже как можно счастливее тяну губы, позволяя Давиду обнять себя за талию и увести из кабинета.