Госпожа страсти, или В аду развод не принят

– Сева! – заорала Марина, предусмотрительно накрывая снимки валяющимся на столе журналом, и, когда вбежал обеспокоенный охранник, попросила: – Тебе не трудно проверить дом на наличие несанкционированных камер?

– Конечно, Марина Викторовна, – отозвался он. – Где искать?

– Да везде, хрен их дери!

Сева ушел, а она закурила, боясь поднять глаза – ей действительно было стыдно, словно муж узнал о ней что-то такое, о чем раньше не догадывался. Хотя что нового он увидел – ничего. Егор понял ее состояние, сел рядом, отняв сигарету и ткнув ее в пепельницу, повернул лицо жены к себе:

– Перестань! Ничего не произошло.

– Я не готова обсуждать это, неужели ты не понимаешь? Я не могу думать ни о чем, кроме этих кошмарных снимков! Это ужасно…

– Да брось ты! Можно подумать, я этого не знал! Что ты как маленькая? – Он тормошил ее, а Марине становилось только хуже от его слов, она встала, освободившись от Егоровых рук, и ушла к себе в кабинет, закрывшись там изнутри.

Коваль даже могла назвать точный день, когда бесовские люди установили камеры в доме – в тот вечер он приехал к ней, чтобы отпраздновать день рождения Черепа, и, пока они втроем пили текилу в гостиной, кто-то из его людей воткнул эту дрянь везде, где только фантазия подсказала. Интересно другое – как они забирали потом записи, вот что. Значит, в доме ""крыса"", по-другому не вышло бы.

""Ох, найду – сверну шею лично, своими собственными руками!"""

"Марина начала мысленно перебирать всех, кто имел доступ к ее дому и мог беспрепятственно входить и выходить, не вызывая подозрений.

– Ты чего? – с удивлением наблюдая за ее манипуляциями, спросил Женька. – Прячемся от кого-то?

– Ты удивишься – от Беса.

В глазах Хохла застыл вопрос, и Марина бросила ему пачку фотографий, прихваченных из гостиной:

– Полюбуйся, дорогой! Малыш оценил, а ты что скажешь?

Хохол перебирал снимки молча, только лицо пошло пятнами, да глаза сузились, превратившись в щели.

– Кто? – наконец вывернул он, стараясь сдержать рвущиеся из груди эмоции.

– Бес.

– Сука, когда успел?!

– А ты не помнишь? – усмехнулась Коваль, вытягивая ноги на край стола. – Текилу пили, не помнишь? Ночевал он еще у нас.